Действуй Поддержать

Сюжеты

«У меня это говно вот где стоит»

Жизнь на Волге: фонтаны фекалий, сбросы шкур с заводов и отравленные леса

«Все по щелям забились — типа мы здесь не живем»

Репортаж с берегов мелеющей Волги, деньги на «оздоровление» которой украли

Артезианский фильтрат

В Ленобласти строят мусорный полигон, который может отравить реки, Ладогу и Финский залив

«Настоящее безумие и преступление»

Казахстан провел референдум о строительстве первой в стране АЭС. Но действительно ли все решил народ?

У тигров все так хорошо, что их станет меньше?

Зоолог о парадоксах новой государственной стратегии по сохранению амурского тигра

На море только и разговоров, что о медузах

Азовское побережье заполонили жалящие беспозвоночные. Откуда они и что с ними делать? Репортаж «Кедра»

«Мы здесь никто»

Репортаж из Югры, где нефтяники вытесняют ханты с их родовых земель

«Боюсь проснуться под землей»

Репортаж из бурятского Гусиноозерска — города, который проваливается в заброшенные шахты

Почему убили Терека?

И что не так с программой возвращения леопардов на Кавказ. Разбираемся с учеными и экологами

«Говорили, что нам выпала великая честь»

Свидетельства людей, переживших ядерный взрыв в Оренбургской области. К годовщине тоцкой трагедии

Экономика черных шапок

Как россияне добились от властей запрета на истребление гренландских тюленей

Жизнь после

Монолог Александры Астаховой, спасающей лабораторных крыс от умерщвления, — как и зачем она это делает?

Угольные души

От зарубежных компаний до российских элит: кто уродует Чукотку

Идти на огонь

Как лесные пожары в Черногории объединили россиян и украинцев. Репортаж «Кедра»

«Светлое будущее, которого мы не можем дождаться»

Чукотка. Репортаж о поселке на краю России, который гибнет под угольной пылью

Засуха

Репортаж из Калмыкии — самого жаркого региона России, где у 93% жителей нет доступа к чистой воде

«Мы будем выяснять причину исчезновения облаков»

Как государства обвиняют друг друга в применении климатического оружия и насколько это обоснованно

«Насмерть будем стоять»

Жители села Сугаш на Алтае прогнали золотодобытчиков, а жители села Чуйка не смогли. Ощутите разницу

Поделить последнюю шкуру

Как в России ради развлечения и денег уничтожают гималайских медведей. Репортаж с Дальнего Востока

Угробить реку или остановить Шереметьево?

Как в городах России уничтожают малые реки, как люди с этим борются и почему сдаются

«Куда бы мы ни предложили мусор возить — везде найдутся активисты»

Репортаж из уральского села, где протест против мусорного полигона дошел до голодовки

Она вам не эколог

Портрет Ирины Макановой — самого скандального чиновника Минприроды, которой «нахрен не сдалась экология»

«Легче его через психиатрию удавить»

Как против экоактивистов в России применяют судебную медицину

«Мы действительно последнее поколение»

В Европе массово преследуют климатических активистов. Но их протест становится лишь радикальнее

В Байкал смоет все

Минприроды хочет поднимать и опускать уровень озера на 1,4 метра. Почему это опасно и что делать

Медведи и компания

Рассказываем, каких животных вы защитили, добившись отзыва новых правил охоты

Борец за «зеленые законы»

Портрет Клаудии Шейнбаум, первой в мире президента-климатолога

«Ты думаешь, что это дождь, а это не дождь»

Почему жители Пикалева не возмущаются, что живых и мертвых в нем засыпает цементом. Репортаж

Собачьи сердца

97 тысяч животных в опасности. Карта регионов, разрешивших или собирающихся разрешить эвтаназию

Не пошли на поводке

Жители Бурятии добиваются отмены закона об эвтаназии бездомных животных и массово записывают их на себя