Сахалинская область Ископаемым и живым природным богатствам тесно на одних островах

Сахалинская область — единственный регион России, полностью расположенный на островах. Здесь возвышаются 68 вулканов, текут реки, где нерестятся лососевые, а морские млекопитающие устраивают лежбища на побережье.

Часть Курильских островов относится к пограничной зоне, для их посещения требуется специальное разрешение. Это помогает сохранять экосистемы почти нетронутыми, но одновременно осложняет их изучение.

С начала XX века на Сахалине добывают нефть и газ. Трубопроводы тянутся на сотни километров через весь регион, добыча и транспортировка сказываются на лесах, воде и животных. На биоразнообразие региона влияет и рыбный промысел. Сокращение популяций тихоокеанских лососей приводит к нарушению пищевых цепочек, ведь рыбой кормятся более 130 видов обитающих здесь животных: бурые медведи, тюлени, косатки, лисицы, выдры, белоплечие орланы.

«Кедр» рассказывает, как уникальную природу Сахалина сделали заложницей собственного богатства.

Факты

• На северо-восточном побережье Сахалина обитает охотско-корейская популяция серых китов, одна из самых малочисленных в мире. Ученые ранее считали ее исчезнувшей.

• На острове Итуруп буквально из вулканов добывают редкий металл рений, необходимый для производства реактивных двигателей. Здесь находится уникальное месторождение, где рений выносят на поверхность фумаролы — струи горячих вулканических газов.

• В некоторых районах Сахалинской области травы вырастают выше человеческого роста. Некоторые ученые связывают крупнотравье с зонами тектонических разломов, откуда к корням растений поступают тепло и углеводороды, а также с концентрацией микроэлементов в местной почве. Если пересадить семена этих трав в другие места, они вырастут значительно ниже.

Цифры

• 2799 сивучей было замечено в акватории порта Невельска 25 апреля 2025 года. Невельск — одно из немногих мест в мире, где сивучи устраивают лежбища в городской черте.

• 65 175 рек и 17 219 озер насчитывается в Сахалинской области. По густоте водной сети регион занимает второе место в России после Псковской области.

Основные экологические проблемы

• Добыча нефти, угля и сопутствующий ущерб

• Отходы и изношенные коммунальные сети

• Сокращение рыбных ресурсов и угроза биоразнообразию

Цитаты

«Для серых китов, северных морских котиков и сивучей одна из основных проблем –– это сети, которые ставят в прибрежных зонах Сахалина. Животные запутываются в их остатках. Важно запретить прибрежный промысел в районах, где есть киты»

Добыча нефти, угля и сопутствующий ущерб

Экономику Сахалинской области во многом определяют углеводороды: их добывают уже больше века. В 2009 году компания Sakhalin Energy ввела в эксплуатацию трубопроводную систему протяженностью более 800 км. По ней нефть и газ идут от северных месторождений к населенным пунктам и портам. На строительство инфраструктуры ушло почти пять лет, стоимость проекта оценивалась в $20 млрд. Однако он имел и другую цену.

570 км трубопровода проложили по лесным массивам, для чего вели не только масштабные, но порой и незаконные рубки. Как минимум 54 раза компания проводила перетрассировки с нарушениями проектной документации, то есть меняла пути прокладки труб, в том числе вырубая новые участки леса. Среди других претензий Росприроднадзора, государственной экологической экспертизы и общественных организаций — размещение очистных сооружений в водоохранной зоне реки Вал и сброс более 500 000 м³ сточных вод на путях миграции лососевых в залив Анива.

Сахалинский эколог, пожелавший остаться анонимным, рассказал, что нефтегазовые проекты особенно негативно влияют на нерест лососевых на этапе строительства — когда реки перепахивают при прокладке трубопроводов, уничтожая нерестилища.

— [В период эксплуатации] бывают нефтяные разливы, они очень вредно действуют, но это все же точечные факторы, — поясняет он.

Самый масштабный за последние годы разлив случился на западе Сахалина в ноябре 2015 года. Тогда сел на мель и получил повреждения танкер «Надежда» с 786 тоннами нефтепродуктов на борту. Мазут загрязнил 11 км побережья. Испачканных птиц принимал мобильный реабилитационный центр, единственный тогда в стране, а весной волонтеры отмывали от мазута лежбище сивучей.

Но не нефтью единой. 11 мая 2026 года поселок Шахтерск накрыло облако угольной пыли: она пришла из местного порта, который занимается перевалкой ископаемого топлива с Солнцевского угольного разреза.

«Это необходимо было предусмотреть! Если бы все работало в штатном режиме, такого облака пыли, которое поднялось и было зафиксировано людьми, не возникло бы. Шахтерск буквально накрыла черная туча! Снова появились вопросы, как так случилось, что, несмотря на все заверения, никакие пылеподавители не сработали? Понятно, что ветер сильный, но на что они рассчитывали?» — говорил местный депутат Владимир Авдеев. 

Тот факт, что угольный порт готов в любой момент засыпать их токсичной пылью, — для жителей давно не новость. Это признают даже официально: в феврале 2026 года прокуратура установила, что предприятие не применяет наилучшие доступные технологии хранения и перевалки, из-за этого пыль прорывается за пределы складов. В мае инспекторы снова нашли уголь на незащищенных поверхностях причала.

Отходы и изношенные коммунальные сети

Первый деревянный водопровод из бамбуковых труб появился в японском Тоехаре, как тогда назывался Южно-Сахалинск, в 1900-е годы. Фрагменты столетних коммуникаций находят здесь до сих пор. В 2019 году деревянные трубы японского периода вскрыли при замене сетей, а в ноябре 2025 года участок водовода из цельного куска дерева передали в краеведческий музей.

Сахалинские водоводы — это срез эпох. В городе одновременно эксплуатируются чугунные, стальные, керамические, цементные и пластиковые трубопроводы. Часть старых сетей не задокументирована, и аварийные бригады находят их буквально по памяти старших коллег.

— Вода, текущая из крана в Южно-Сахалинске, особенно во время сильных дождей и весной, во время активного таяния снега, небезопасна по бактериологическим показателям. Водопроводные сети изношены и часто текут. Когда идет сильный дождь или случается паводок, вода стоит и вокруг труб, лежащих в земле. Когда в трубах падает давление — а это случается регулярно из-за чрезмерных нагрузок, — она через отверстия попадает внутрь. То есть питьевая вода, текущая внутри водопровода, загрязняется той водой, которая снаружи затопляет трубы, — объясняет эколог.

В докладе о состоянии окружающей среды в Сахалинской области за 2024 год говорится, что качество воды в водоемах, из которых берут питьевую воду, ухудшилось: доля проб, не отвечающих санитарно-химическим нормам, за год выросла с 21,2% до 37,5% — это худший показатель за три года. В Охинском и Углегорском районах санитарным требованиям не соответствуют около двух третей проб.

В этом же докладе названы основные источники загрязнения прибрежных морских вод: предприятия по добыче каменного угля и других полезных ископаемых, сырой нефти и природного газа, а также жилищно-коммунальные хозяйства, которые сбрасывают хозяйственно-бытовые стоки без очистки из-за неудовлетворительного состояния очистных сооружений или их отсутствия. 

Конкретные случаи иллюстрируют эти факты. Так, в мае 2026 года жители двух сел Холмского района почти год получали воду из реки и ручья — водоканал брал ее без документов на водопользование и без санитарно-эпидемиологических заключений. В июне 2026 года прокуратура Анивского района начала проверку после сообщений о том, что в реку Лютогу попадают канализационные стоки с местных очистных сооружений.

— Значительная часть сточных вод сбрасывается без очистки. Все реки на Сахалине — нерестовые, в этом их огромная ценность. Поэтому загрязнение рек плохо очищенными стоками — важный фактор, который негативно влияет на лососей, — говорит эколог.

Сахалинская область в 2024 году произвела в пересчете на каждого жителя области 422,1 кг твердых коммунальных отходов и вошла в десятку наиболее замусоренных регионов России. По данным Росприроднадзора, в 2025 году показатель вырос, составив 430 кг. Сахалинский эколог называет в числе причин высокий уровень потребления:

— Уровень зарплат на Сахалине выше, чем в большинстве регионов России. По количеству бюджетных средств на душу населения Сахалин на втором месте в России после Москвы. Уровень потребления также значительный, поэтому и отходов образуется больше.

В мае 2026 года природоохранная прокуратура проверила территорию вокруг полигона по обработке и захоронению ТКО «Известковый» под Южно-Сахалинском и установила, что она захламлена отходами, а ограждение полигона повреждено, из-за чего мусор выходит за границы участка.

— Мусор фактически идет на «Известковый» как на обычную свалку и складируется там в виде смешанных отходов. На острове нет предприятий, которые потребляли бы вторичное сырье, и есть основания подозревать, что отсортированный мусор идет снова на тот же самый полигон. Весь мусор, который хранят на «Известковом», лежит под открытым небом, его раздувает ветром, он засоряет прилегающий лес. Прессование мусора и его брикетирование были предусмотрены проектом, экспертиза дала положительное заключение — но в реальности этого нет. Эксплуатируют полигон с 2021 года, но очистные сооружения не работают до сих пор. Ядовитый фильтрат просачивается через дамбы и поступает в поверхностные водотоки, затем в реку Подорожку, которая впадает в озеро Тунайча, а это памятник природы, — говорит эколог.

У островного мусора есть своя специфика. Сахалин десятилетиями копил отходы, которые невозможно вывезти: брошенные и затонувшие суда в бухтах и устьях рек. В 2026 году в области планируют поднять и утилизировать 19 таких объектов, а всего до 2030 года из акваторий области должны убрать 29 судов.

Сокращение рыбных ресурсов и угроза биоразнообразию

Лососевые на Сахалине — индикатор состояния островной природы. Показательнее всех в этом плане горбуша. Заходя в реки на нерест и погибая после него, она приносит в пресные водоемы и прибрежные территории азот, фосфор и биогенный углерод, ее остатками кормятся медведи, выдры, соболи, лисицы, норки, северные олени и белоплечие орланы, а реки выносят получившуюся биомассу в прибрежные морские акватории, поддерживая их продуктивность. Поэтому сокращение численности горбуши бьет по всей цепочке жизни вокруг рек.

Из-за двухлетнего жизненного цикла горбуши ученые сравнивают между собой объемы добычи лосося в четные и нечетные годы. В 2024 году в регионе добыли 33,6 тыс. тонны рыбы — это минимальный показатель с 1994 года. Путина 2025-го стала худшей с 2015 года — выловили всего 5,4 тысячи тонн лосося. 

В прошлом году в реки на нерест поднялось около 9,4 млн рыб — примерно половина от оптимального уровня. Исследование показало, что если до нереста дойдет 3–3,5 млн взрослых особей, то они дадут потомство примерно в 300 млн мальков, а если дойдет 2 млн, то молоди родится всего 50 млн — в шесть раз меньше. Разреженная популяция хуже нерестится, и обвал численности идет быстрее.

— Главный негативный фактор, который разрушал нерестилища раньше, — лесная промышленность. Но со временем она сократилась, леса восстановились, и сейчас экологическое состояние рек хорошее. Но на смену пришло промышленное рыболовство, которое оказалось не менее, а может быть, даже более разрушительным, — говорит опрошенный «Кедром» эколог.

Дискуссии о промысловой нагрузке сводятся к обсуждению оптимальной длины орудия лова — ставного невода. Это сетная стенка с ловушками, которую выставляют поперек хода косяков рыбы. Чем дальше от берега уходит центральное крыло невода, тем больше рыбы он перехватывает, поэтому именно длина крыла определяет, сколько лосося дойдет до устья. Правила допускают использование невода длиной до 3 км. С 2018 года эту длину ежегодно ограничивают почти во всех промысловых районах Сахалина: в большинстве — 1–1,5 км, а на северо-западе — 500 метрами.

Ограничения действуют и сейчас. Приказом Минсельхоза от 2026 года промысел неводами длиннее 1000 метров закрыт до конца года на участке от мыса Терпения до мыса Крильон, то есть на юго-восточном побережье и в заливе Анива. Исключением все эти годы остается северо-восток — самый крупный по нерестовому фонду район, где по-прежнему разрешены трехкилометровые невода. 

На распределение рыбы между неводами и реками влияют длина рыболовных снастей, сроки путины и пропускные дни, то есть решения чиновников. По области до нереста доходит около половины нужного количества рыбы, но в отдельных районах цифры еще хуже.

Правильный порядок действий, по мнению эколога, такой: посчитать, сколько рыбы подошло к берегу, вычесть из этого количество, необходимое для заполнения нерестилищ, и отправить на вылов только остаток. На Сахалине же порядок обратный: сначала назначают объем вылова, а нерестилища получают то, что не выбрали рыбопромышленники.

— Заполнение нерестилищ — главное, что должен обеспечить управленческий аппарат, занимающийся лососевым хозяйством в регионе. Нерестилища должны заполняться в первую очередь. На деле же рыба начинает заходить на нерест, открывается промысел, и заполнение рек идет параллельно с ним.

По итогу какое-то количество рыбы поймали, а заполнение в конкретной крупной реке или группе рек — 10, 20 и редко 30%. При этом промышленный вылов практически никогда не запрещается, а часто даже не ограничивается. Так повторяется из года в год. Именно из-за этого истощается популяция. Радикальные меры запрета промысла вводятся, когда уже слишком поздно: популяция настолько истощена, что даже полное прекращение промысла не позволяет заполнить нерестилища оптимально, — объясняет эколог.

Ставные невода настолько велики, что видны на спутниковых снимках. Проект «Прозрачный мир» ведет их регулярный мониторинг. По снимкам конца июля и начала августа 2026 года исследователи обнаружили на Сахалине 20 нарушений: невода выходили за границы участков, стояли слишком близко к устьям нерестовых рек и превышали разрешенную длину, то есть незаконно перехватывали рыбу, предназначенную для прохода в реки. 

Сахалинский эколог, с которым пообщался «Кедр», говорит, что местные жители хорошо видят, какими способами добывается лосось, и чувствуют себя обманутыми:

— Почему люди, добывающие горбушу с нарушениями закона, не считают себя браконьерами? Потому что они много лет наблюдают, как государство, запрещая им ловить несколько штук для пропитания, позволяет рыбопромышленникам изымать ту же рыбу тоннами, десятками и сотнями тонн, оставляя нерестилища пустыми. А самое главное — перекрывать для этого нерестовые реки, что всегда считалось самой варварской формой браконьерства. У людей возникает вопрос: а я-то почему браконьер? 

Рыболовецкие снасти, оставленные в море, становятся отдельной угрозой для морских млекопитающих, в том числе для охотоморских серых китов, чье единственное известное летнее пастбище находится у залива Пильтун. Там же, где стоят прибрежные невода.

— Одна из основных бед для серых китов — сети, которые ставят в прибрежных зонах Сахалина. Достаточно много случаев запутывания китов в остатках сетей (например, недавно был случай на Чукотке), это серьезная проблема. Поэтому важно запретить прибрежный промысел в районах, где есть киты, но пока сделать это не получается, — говорит специалист по особо охраняемым природным территориям.

Эколог Питер ван дер Вольф рассказал «Кедру» и о других угрозах для серых китов. Например, млекопитающие могут страдать от столкновения с судами, которые часто передвигаются по морским водам с большой скоростью. Отдельную угрозу создает туризм — мормлеки пугаются лодок и экскурсионных судов, поэтому наблюдать за животными нидерландский эколог советует с дронов, не подходя к ним вплотную на лодке.

Сегодняшнюю экологическую обстановку на Сахалине хорошо иллюстрирует история с сивучем, которого обнаружили в Невельске с пластиковой удавкой на шее, — животное подцепило ее в море и чуть не погибло от удушения и невозможности нормально питаться. Спасти его удалось только благодаря неравнодушию людей.

Но хватит ли неравнодушия, чтобы решить и другие экологические проблемы островного региона?

Этот текст — часть спецпроекта «Экологическая карта России». Читайте наши материалы об экопроблемах в регионах страны

Читать