«Столкнулись наука и суеверия» Нужно ли было спасать кита, которого нашли на немецком побережье Балтийского моря? Мы спросили у специалистов

23 марта 2026 года гости отеля в Ниендорфе услышали странные звуки, доносившиеся со стороны моря. Они были похожи на стоны. Люди сообщили о происходящем в полицию, и прибывшие на место сотрудники обнаружили у побережья ослабленного горбатого кита.

Часть его пасти была запутана в рыболовной сети. Длина животного составляла около 12 метров, а вес — примерно 12 тонн. Лишенное плавучести тело кита стало давить на собственные органы. Его кожа была повреждена низкосоленой водой Балтийского моря, не подходящей для горбатых китов.

Однако, вопреки всему, кит был жив — и немецкая пресса привлекла к нему всеобщее внимание. Тогда ученые и добровольцы начали беспрецедентную операцию по спасению животного.

Специалист по эвакуации морских млекопитающих, с которым поговорил «Кедр», считает, что к киту стали относиться как к личности из-за того, что ему быстро дали имя. И мало кто заметил, что эта «личность» на самом деле была выдуманной.

Через несколько дней после завершения спасательной операции, кит погиб.

Вместе со специалистами по морским млекопитающим «Кедр» рассказывает, почему в этой истории все пошло не так.

Сострадание опережает науку

В 20-х числах марта спасателям удалось очистить тело кита от рыболовных снастей, но часть веревки все-таки осталась в пасти. Предполагалось, что какие-то куски кит мог проглотить. Это опасно: синтетические сети не перевариваются, сбиваются в плотный ком в желудке и блокируют пищеварительный тракт. Из-за этого кит может потерять аппетит и медленно умирать от истощения.

Изначально спасатели думали, что у животного достаточно сил, чтобы вернуться в море, но нет возможности это сделать. Они прорыли для него обводной канал длиной 50 метров и глубиной чуть более метра. В ходе операции животное удалось переместить по каналу на 40 метров, и к утру 27 марта кит самостоятельно ушел в море. Однако уже на следующий день морское млекопитающее опять обнаружили на мели. Неудачные попытки вернуть животное в море повторялись много дней подряд.

1 апреля немецкие чиновники остановили работу спасателей, так как ученые посчитали ее нецелесообразной. Но это решение не устроило тысячи обычных людей, которые следили за судьбой кита.

— Даже после оценки экспертов, которые однозначно сказали, что киту нужна только паллиативная помощь, тяжело неделями наблюдать, как у вас на глазах умирает красивое животное. Это вызывает у людей сильное чувство вины, — считает специалист по эвакуации морских млекопитающих.

— По той же причине гуманная эвтаназия даже не рассматривалась. Это очень сложная процедура для крупных китообразных: используется либо лекарственный метод, либо выстрел в мозг. Но к этому киту было приковано слишком много внимания, [чтобы общество приняло такой исход].

Вскоре информационное агентство DPA сообщило, что операцию по спасению кита возобновят — но за счет частных лиц. Около €1,5 млн на нее выделили немецкие предприниматели: основатель сети магазинов бытовой техники MediaMarkt Вальтер Гунц и владелица крупного конноспортивного бизнеса Карин Вальтер-Моммерт.

Идея, которую они решили поддержать, была беспрецедентной: кита предложили перевезти из Балтийского моря в Северное и выпустить уже там. По словам собеседников «Кедра», никто и никогда не делал такого с крупными усатыми китами.

Эксперты из Международной китобойной комиссии (IWC) сразу отнеслись к плану скептично. После первых попыток спасения они уже предупреждали, что кит с высокой вероятностью погибнет из-за поражения кожи и истощения. Такое же мнение высказывали морские биологи. Один из них, Тило Маак, объяснял, что новые попытки спасения подвергнут умирающее животное сильному стрессу. По мнению Маака, гуманнее было бы оставить кита на берегу и дать ему умереть — что является естественным исходом.

Но 28–29 апреля команда спасателей все же начала действовать. Специалисты обработывали пораженные участки кожи животного тоннами цинковой мази, пока пожарные службы поливали кита водой, чтобы поддерживать необходимый уровень гидратации. Потом животное, к которому прикрепили специальные ремни, протащили по вырытому в песке каналу к барже, расположенной у острова Поэль. На заключительном этапе кит самостоятельно заплыл на баржу, что вызвало ликование спасателей и многочисленных наблюдателей. Некоторые из них прибыли к острову из других стран, в том числе с Гаваев и из Перу.

Затем между спасателями и экипажем судна начались серьезные разногласия. По плану животное должны были доставить в глубоководные районы, ближе к Атлантическому океану. Однако, как утверждают организаторы операции, после погрузки кита на баржу руководство процессом перешло к морякам. По неназванным причинам они ограничили доступ ветеринаров к животному, не установив на барже камеры видеонаблюдения.

Финал операции тоже прошел без участия профильных специалистов. 2 мая моряки спустили кита в воду, используя веревку, закрепленную на хвосте. Такой метод является грубым нарушением протоколов безопасности и мог нанести животному дополнительные травмы.

Вскоре после инцидента штаб спасательной операции выступил с официальным заявлением. В нем подчеркивали, что действия моряков не были согласованы с ветеринарами, в связи с чем дальнейшая судьба кита оказалась в руках экипажа судна. Собеседники «Кедра» считают, что перекладывать ответственность за результаты операции на моряков вряд ли правильно. Еще до попадания на баржу кит был критически ослаблен запутыванием в снастях, голодом, пребыванием в непригодном для него Балтийском море и многократными выбросами на мель.

Без счастливого конца

Около недели GPS-трекер, который установили на кита перед выпуском, передавал данные. Он показывал, что животное всплывает на поверхность и ныряет на глубину до 150 метров. Это нормальные показатели: горбатые киты обычно не погружаются глубже 300 метров.

11 мая сигнал перестал поступать. Через три дня у берегов Дании — недалеко от небольшого острова Анхольт — обнаружили тело горбатого кита. По уникальному рисунку на нагрудном плавнике и найденному трекеру удалось подтвердить, что это было то самое животное. Анализ рисунка показал, что этого же горбатого кита спасали у польского города Мендзыздрое в 2025 году — тогда он запутался в сетях. Это значит, что кит каким-то образом выживал в неподходящем для него Балтийском море более года.

— Это сложная этическая дилемма: должны ли мы вмешиваться или не должны? У нас есть пример спасения косаток на Камчатке несколько лет назад. Тогда все были воодушевлены, но у меня до сих пор остаются вопросы: действительно ли те животные выжили? Уверенности нет, потому что на косатках не было спутниковых меток, позволяющих отследить их маршрут, в отличие от текущей ситуации, где такая технология дала четкое понимание исхода, — говорит биолог, один из собеседников «Кедра».

Несмотря на неудачный исход немецкой спасательной операции, министр окружающей среды в земле Мекленбург-Передняя Померания Тилль Бакхаус считает, что поступил правильно, одобрив ее. По его мнению, «совершенно естественно использовать даже малейшую возможность».

Ученые с ним не согласны. Они отмечают, что горбатый кит классифицируется как вид, вызывающий наименьшие опасения у МСОП. Смерть одной особи для такого вида — незначительное событие, объясняет профессор охраны дикой природы в Оксфордском университете Эми Дикхэм. По словам Дикхэм, миллионы евро было бы полезнее направить на другие природоохранные цели, например на защиту страдающих от антропогенного воздействия экосистем.

— В этой истории столкнулись два мира: научный и человеческих суеверий, страхов перед смертью. И не оказалось достаточно авторитетной фигуры, которая могла бы успокоить людей и объяснить, что происходит с китом, — говорит специалист по эвакуации морских млекопитающих. — Люди склонны думать: если «он к нам пришел, то просит у нас помощи». Но все это по большому счету неграмотный, ненаучный подход. Сам кит всем четко показал, что природа живет по другим законам. И если кто-то ослаблен и собирается умирать, ты хоть миллионами евро его закидай — он умрет просто потому, что у него уже нет сил сопротивляться и продолжать жить.

При этом однозначно сказать, что спасательная операция была напрасной, собеседники «Кедра» тоже не могут. Дело в том, что протоколов помощи крупным китообразным за пределами их ареалов не существует. История этого кита может положить начало их созданию.

Специалист по эвакуации морских млекопитающих говорит и о необходимости пересмотреть систему санкций за сброс сетей в море. На них приходится около 10% всего пластикового мусора в Мировом океане, и это напрямую влияет на биоразнообразие. Например, в Балтийском море из-за мусора стремительно сокращается популяция морской свиньи. Сейчас она встречается в основном в южной и центральной частях Балтики, но раньше ее места обитания охватывали и Ботнический залив. Угрозу полного исчезновения этих животных из Балтийского моря МСОП оценивает как критическую.

По мнению собеседника «Кедра», история кита может привлечь внимание к международному проекту «Голубые коридоры». Его цель — определить основные пути миграции китов и ограничить на этих участках судоходство и использование рыболовных сетей. Это позволит животным более безопасно перемещаться по океану.

Сейчас «Голубые коридоры» существуют преимущественно за счет добровольных инициатив. Например, программа Blue Whales Blue Skies стимулирует суда замедляться до 10 узлов в критических зонах у побережья Калифорнии. По подсчетам ученых, это вдвое снижает смертность китов почти.

— Было бы замечательно, если бы внимание и ресурсы, направленные на спасение одного конкретного кита, и далее инвестировались в системные решения, например в создание «голубых коридоров». Это был бы эффективный вклад в сохранение вида в долгосрочной перспективе, — считает биолог.