НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ «КЕДР.МЕДИА» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА «КЕДР.МЕДИА». 18+
После многолетней борьбы защитников животных в Южной Корее вступил в силу запрет на разведение гималайских медведей на фермах. Местные предприниматели выращивали их ради желчи, используемой в традиционной восточной медицине.
Поправки в закон о диких животных, принятые еще в 2023 году, запрещают содержание и разведение медведей, а также производство, употребление и реализацию медвежьей желчи.
Для фермерских хозяйств, где содержатся медведи, предусмотрен полугодовой переходный период. В течение этого времени за владение животными наказывать не будут, но за извлечение желчи могут лишить свободы на пять лет или оштрафовать на 50 млн вон (более 2,6 млн рублей).
Правительство Южной Кореи поощряло индустрию с 1980-х годов. Стоимость медведицы тогда достигала 180 млн вон — примерно столько же стоила квартира в Сеуле.
После присоединения страны к Конвенции о международной торговле дикими животными и растениями, находящимися под угрозой уничтожения (CITES), в 1993 году экспорт медведей и их желчи был запрещен, и отрасль быстро пришла в упадок.
Медведей бросали на фермах, десятилетиями держали в тесных клетках и откачивали из них желчь с помощью металлических трубок без анестезии. Защитники животных сообщали, что от боли животные стонали, бились головой о стены, отгрызали себе лапы.
В 2014 году на южнокорейских фермах насчитывалось около тысячи гималайских медведей. С тех пор их число сократилось: большинство погибли, были убиты или стерилизованы в рамках государственных программ.
Сегодня на 11 фермах по всей стране в неволе остаются 199 медведей. Их судьба под вопросом. Государство отказалось выкупать животных, поскольку это «частная собственность, за которую налогоплательщики платить не обязаны». Выкупать медведей будут общественные организации, которые собирают пожертвования и предлагают фермерам по пять миллионов вон за животное.
Фермеров это не устраивает. Они требуют более высокой компенсации за закрытие бизнеса, который раньше поощряло государство. По расчетам предпринимателей, содержимое желчного пузыря большого объема можно было продать за 45 млн вон. «И просить за это пять миллионов? Это смешно», — говорит Пак Сан-хи, более тридцати лет выращивающий медведей на ферме.
Кроме того, выкупленных медведей просто негде будет размещать. Сейчас для них в стране есть около 30 мест: двадцать — в государственном приюте и чуть больше десяти — в зоопарках.
В 2026 году власти заложили 1,4 млрд вон на поддержку частных приютов, где планируют разместить еще полсотни медведей. Этого мало, отмечают зоозащитники.
«Математически это не более чем строительство клеток и размещение медведей там по одному. Вместо того чтобы обеспечить животным надлежащие условия, они просто создают еще одну медвежью ферму, где будут содержать их массово», — считает руководитель южнокорейского проекта по восстановлению популяции гималайских медведей Чхве Тэ-гю.
