Поддержать
Сюжеты

Брюнетка в саже, дети в противогазах Как красноярцы, задыхаясь под «черным небом», пытаются достучаться до властей и что из этого выходит

24 мая 2023Читайте нас в Telegram
Митинг «За чистое небо!» в Красноярске. 2019 год. Фото: Александр Пустоваров

По итогам 2022 года Красноярск вошел в число 15 городов России с самым грязным воздухом. Причем только в городе на Енисее приземная атмосфера загрязнена мелкими пылевыми частицами. Это группа загрязнителей с выраженным негативным воздействием на респираторную и сердечно-сосудистую системы человека. Порогового уровня, за которым такие частицы не представляют опасности для здоровья, нет, а в Красноярске их концентрация превышает норму в десятки раз. 

Проблема усугубляется внешними факторами. Город расположен в ущелье, образованном северными отрогами Восточного Саяна: из-за окружающих гор безветренная погода может держаться в Красноярске неделями. А Енисей, не замерзающий даже в тридцатиградусные морозы, после того как на нем в советское время построили ГЭС, постоянно «парит». Эти пары, смешиваясь с автомобильными и промышленными выхлопами (в городе работает полтора десятка крупных заводов и три угольных ТЭЦ), накрывают Красноярск плотным смогом. Нависающий над городом смог жители и власти региона называют «черным небом». Режим «черного неба» может сохраняться в городе до 70 дней в году.

Смог — одна из главных экологических проблем Красноярска, решения которой местные жители требуют от местных и федеральных властей десятилетиями. «Кедр» рассказывает о самых ярких инициативах красноярцев в борьбе с «черным небом» и о том, к каким результатам приводят их усилия.

«Спасите нас от экологической катастрофы»

Громко говорить о проблеме с красноярским воздухом начали восемь лет назад, в 2016 году. Тогда на каждые шесть «нормальных» дней приходился один с неблагоприятными метеоусловиями (НМУ) — когда из-за полного штиля выбросы промышленных предприятий концентрируются в воздухе, образуя густой смог. В 2016 году режим НМУ в совокупности действовал 55 дней. 

В начале 2017 года в Красноярск прибыл президент РФ Владимир Путин и провел совещание по экологическим проблемам. По его итогам он поручил председателю правительства Дмитрию Медведеву принять «комплексный план мероприятий по улучшению экологической обстановки в Красноярске». В марте того же года красноярцы впервые вышли на митинг «За чистое небо». Организатором акции — как и всех последующих — стал красноярский активист Андрей Сковородников-Эрлих. В центре города, на «Красной площади» ему удалось собрать около двух тысяч человек. Основные требования, сформулированные инициаторами: более тщательный контроль за загрязнением воздуха, ужесточение наказаний за превышение нормативов выбросов, перевод производства тепла в черте города на природный газ и установка на предприятиях современного очистного оборудования.

Ответа на акцию со стороны властей не последовало. В тот же день состоялся другой митинг — в честь третьей годовщины «крымской весны», информационная повестка размылась. Поэтому в декабре того же года активисты решили выйти снова. Под декабрьскую акцию центр города активистам уже не дали — проведение мероприятия власти согласовали в сквере «Серебряный» на северо-западной окраине города. Собралось около 700 человек.

С тех пор митинги в городе проходили регулярно. В апреле 2018-го акция собрала примерно 3000 человек, в июле 2019 года — около 400 участников. Затем началась эпидемия коронавируса, и мэрия перестала согласовывать уличные мероприятия. Инициаторам до сих пор отказывают, ссылаясь на ковидные ограничения.

Фото: vk.com / Типичный Красноярск

Протестная активность перешла в виртуальное пространство. В 2020 году все тот же Сковородников-Эрлих от имени жителей города и общественного движения «За чистое небо» создал петицию «Спасите миллионный город Красноярск от экологической катастрофы». Петиция адресована президенту России. План экологического спасения города, который Владимир Путин поручил разработать в 2017 году, и правда был создан. Согласно нему, городские предприятия должны были перейти на газомоторное топливо,

а в Красноярске должна была начаться газификация: парадоксально, но миллионный город в богатой газом Сибири практически полностью отапливается углем и дровами. 

Большинство изменений пока остается на бумаге. «Тяжелая экологическая ситуация в нашем городе <…> если и улучшается, то такими темпами, что их очень плохо видно в регулярно окутанном ядовитым дымом городе», —  говорится в  петиции. Авторы потребовали от Путина, как «гаранта Конституции», взять решение проблемы под «личный контроль». На сегодня обращение подписали более 50 000 человек. О реакции президента на нее ничего неизвестно. Объем выбросов с 2017 года удалось снизить лишь на 10,8%.

«Чтобы не умереть»

Проект независимой системы мониторинга качества воздуха «Красноярск.Небо», получивший известность и за пределами Красноярска, появился также в 2017-м. Его создал красноярский айтишник Игорь Шпехт, который начал разбираться в проблеме, по его признанию, «чтобы не умереть». Подключились единомышленники из числа друзей. Активисты обнаружили, что открытых цифровых данных по качеству воздуха в Красноярске нет. В миллионном городе установлены всего три станции мониторинга, которые могут измерять качество воздуха в пределах 1–3 километров, а временной интервал измерений может занимать от нескольких часов до суток.

Чтобы обнаружить загрязнение воздуха, объясняет Шпехт, достаточно определить один маркерный загрязнитель, содержащийся почти во всех городских выбросах, — PM2.5 (о его опасности «Кедр» рассказывал отдельно). Вместе с друзьями Игорь нашел в интернете шведско-китайский бытовой датчик AirVisual за $200, способный улавливать такой тип загрязнения. Купил и усовершенствовал его — изначально прибор был создан для помещения, а для уличного применения потребовалось создать защитный бокс. Затем разработал сайт с онлайн-картой — nebo.live. Датчик, установленный за окном квартиры активиста, подключался к домашнему Wi-Fi и автоматически передавал сведения о состоянии воздуха на сайт.

Скриншот онлайн-карты nebo.live

Проект особо не продвигали — завели группу во Вконтакте и страницу в Instagram*. Но о нем узнали журналисты, затея ушла «в народ». Люди стали сами покупать датчики и устанавливать на своих домах — так их количество увеличилось до восьми. Информация со всех приборов аккумулировалась на сайте, посмотреть ее мог любой желающий.

Затем Игорь с единомышленниками запустили собственное «производство» датчиков — покупали бытовые приборы и делали их пригодными для применения на улице. На сегодня ими продано более 80 датчиков не только в Красноярске, но и в Екатеринбурге, Казани и Москве. Информация со всех поступает на сайт. Правда, сейчас выпуск приборов пришлось приостановить — из-за санкций появились сложности с комплектующими и логистикой.

Игорь Шпехт говорит, что главная задача сегодня — усовершенствовать систему так, чтобы она автоматически обрабатывала данные из разных источников, формировала прогнозы и предупреждала людей о загрязнении воздуха. Пока такие вещи приходится делать вручную. Например, в феврале 2023 года года команда публиковала скриншоты карты с надписью: «Завтра возможно загрязнение воздуха». «Это наша разработка, — объясняет Игорь. — На основе больших данных мы научили систему прогнозировать загрязнение воздуха на несколько дней вперед».

Завернуться в целлофан

24 февраля 2023 года в центре Красноярска появилась девушка в купальнике. Брюнетка была с ног до головы перепачкана сажей, которую принес коллега, живущий в частном доме. Медленно пройдя вдоль проезжей части, она завернулась в огромный целлофан, развевающийся на морозном ветру. Горожане, не понимая, что происходит, старались обходить ее стороной, кто-то доставал телефоны и снимал.

Позже организаторы перформанса объяснили, что они пытались привлечь внимание властей и жителей к экологическим проблемам города. На тот момент в Красноярске уже почти месяц непрерывно действовал режим «черного неба».

«В один февральский день я зашла к себе на кухню и поняла, что ничего не вижу в окно. Все заволокло серой дымкой. В дни НМУ моя семья постоянно страдает от саднящего кашля, головных болей, першения в горле. Я решила, что должна что-то сделать и придумала такую акцию», — рассказывает красноярский фотограф Надежда Уточкина.

По ее задумке, девушка-модель — собирательный образ всех красноярцев. Она гуляет по улице, ее тело покрывается сажей, которая летает в воздухе, и она пытается спрятаться от едкого смога, укутавшись в целлофан.

Модель — коллега Надежды, парикмахер и «очень творческая личность». Поэтому ей не составило труда пройтись по городу в таком наряде. Точнее, почти без него — купальник был частью перформанса, вряд ли бы кто-то обратил внимание на одетую модель. К слову, в тот день в Красноярске было −20 °C.

Никаких дополнительных «декораций» не потребовалось — погода все сделала сама. Стоял густой смог, оставалось только запечатлеть его на камеру. Весь перформанс занял несколько минут. Главное было снять «прогулку» на видео. Надежда настаивает — это не акция протеста. Но в какой-то момент девушка решила, что такой ролик должен быть у нее на страничке во «Вконтакте». Это ее вклад в борьбу за чистый воздух.

То, что ролик «завирусится», она не ожидала. Но он разлетелся — сначала на YouTube видео посмотрели больше 3000 человек, потом его разместили у себя новостные сайты региона и не только. «Нас поддержали люди по всей России», — рассказывает Надежда. Признается, что были и негативные отклики, но она по этому поводу не переживает — «каждый видит, что хочет».

«Я очень люблю Красноярск. Но мы дышим гадостью много лет, с этим никто ничего не делает. Если наш ролик внесет какой-то вклад в решение этой проблемы, буду только рада», — говорит девушка.

«Мы внутри» — аудиосвидетельства

Проект аудиосвидетельств «Мы внутри» запустил в начале февраля 2023 года все тот же Игорь Шпехт. Идея родилась спонтанно. Знакомый переслал аудиосообщение от друга — эмоциональный монолог на тему экологических проблем Красноярска. Мужчина говорил, что давно не употребляет алкоголь, но чувствует себя периодически будто с похмелья. Ребенок постоянно кашляет, а жена жалуется на головные боли. «Творится ад», — говорил он о происходящем в городе.

«Преувеличивает», — подумал тогда Шпехт (он замечал подобные симптомы и у себя, но считал, что «сбоит» организм). Попросил коллег в общем чате прислать аудиосообщения о том, как они себя чувствуют. Без лишних эмоций, только факты. Игорю упало сразу десять сообщений, в которых были описаны те же симптомы: головные боли и постоянный кашель на фоне, в общем-то, нормального здоровья. Люди, которые между собой не знакомы, говорили об одном и том же. Он решил, что это нужно опубликовать.

«Мы привыкли, что многие возмущаются в комментариях под постами или публикациями СМИ. К этому уже никто серьезно не относится. А здесь было понятно, что это голоса реальных людей, не актеров, не ботов. Самое важное, что могут сделать люди сегодня, — говорить», — объясняет Шпехт.

За ночь на платформе Tilda он собрал сайт, его знакомый создал бота в Telegram. Потом раскидали клич по соцсетям и в мессенджерах с просьбой присылать аудиосообщения о самочувствии во время режима НМУ. Сначала откликнулись знакомые. Потом информация разошлась по СМИ, сообщения стали приходить от посторонних людей.

Цели проекта «Мы внутри» — сделать так, чтобы как можно больше людей услышали голоса жителей Красноярска,  и собрать «доказательную базу» того, что симптомы у людей схожи. За первый месяц проекта в бот упало больше ста сообщений, половину опубликовали. На момент выхода текста опубликовано больше 120 аудиозаписей. Люди продолжают писать, авторы проекта все отслушивают и отбирают фрагменты — не берут слишком длинные и с низким качеством звука.

«Прослушивать сообщения довольно тяжело, — признается Игорь. — Почти везде красной нитью проходят сильные головные боли, с которыми люди не могут справиться. Часто речь идет о детях: “Ребенок астматик, он задыхается, ему ничего не помогает”. Люди говорят, что решаются на переезд, чтобы спасти здоровье детей.

В какой-то момент я подумал, что нужно запереть чиновников вместе с губернатором в одной комнате и заставить слушать эти сообщения. Может быть, тогда у них что-то в голове отложится». 

Шпехт тоже подумывает о том, чтобы уехать. Говорит, даже если прямо сейчас начать что-то менять, радикальных улучшений в ближайшее десятилетие не добиться — проблема слишком запущена. Особенно его тревожит здоровье младшего сына — ему семь лет, он часто плохо себя чувствует, капризничает. «Наше здоровье уже подорвано, его не вернуть. Но хотелось бы дать шанс детям», — говорит программист.

Фото: vk.com / Типичный Красноярск

Дети в противогазах

Еще одна недавняя инициатива — детское шествие в противогазах. 28 февраля 2023 года жительница Красноярска, мама двоих детей и модель Галина Магергут подала заявку на его проведение в мэрию города. В документе так и было написано: «Первое детское экологическое шествие в противогазах», предполагаемая численность участников — до 300 человек.

До пандемии в Красноярске регулярно проходил детский карнавал — дети наряжались в сказочных героев и шли по центральной улице Мира. В «таком же ракурсе», поясняет Магергут, она планировала провести и экологическое шествие. Даже была готова всех его участников обеспечить противогазами. Рассказала о задумке в соцсетях, люди откликнулись — писали в комментариях, что готовы финансово поддержать идею, прийти со своими детьми, развесить по городу баннеры «Этим воздухом дышать опасно!».

Шествие детей в противогазах мэрия не согласовала, сославшись на коронавирусные ограничения. 

Галина говорит, что в период объявления НМУ ее дети вынуждены оставаться дома по три-четыре дня подряд. Любой выход на улицу сказывается на здоровье — у них без каких-либо симптомов поднимается температура. Магергут утверждает, что много общается с другими красноярскими родителями и беспокойство за здоровье детей из-за загрязнения воздуха — общее для всех.

«В марте у нас проходит Красноярский экономический форум. Считаю, что пора вместо него проводить Красноярский экологический форум. Возможно, тогда представители власти и крупные предприниматели увидят масштаб проблемы и согласятся, что здоровые люди важны так же, как и сильная экономика»,

— говорит Магергут.

Свои предложения — и по поводу форума, и по поводу шествия в противогазах — женщина направила и в приемную президента. Но ответа оттуда не пришло.

«У нас красивый город, я очень его люблю. Не помню, чтобы в моем детстве были такие проблемы с воздухом. Откуда они сейчас? Ведь предприятий больше не стало, — недоумевает Магергут. — Более того, когда в 2019 году в Красноярске проходила универсиада, в городе снижались выбросы, было чистое небо! Значит, это возможно. Почему же власти не хотят сделать так, чтобы людям легче дышалось? Ведь это нас убивает».

Смог в Красноярске. Фото: vk.com / Типичный Красноярск

А власти что?

В ответ на запрос «Кедра» министерство экологии Красноярского края перечислило меры, которые предпринимает для снижения уровня загрязненности воздуха:

  1. Экологическая модернизация производств. В программе участвуют «РУСАЛ Красноярск», «Красноярский цемент», ТЭЦ-1, Красноярский завод синтетического каучука, Красноярский металлургический завод, завод «Красцветмет», литейно-прессовый завод «Сегал»,  Красноярский электровагоноремонтный завод, предприятие «Сибагропромстрой».
  2. Снижение выбросов от транспорта. Для этого приобретены 65 троллейбусов и 25 трамваев. В 2023 году запланировано приобретение еще 11 электробусов и трех зарядных станций для них.
  3. Продвижение бездымного топлива, производимого Сибирской угольной энергетической компанией (СУЭК). Как утверждают в правительстве, брикеты, изготовленные из продуктов переработки угля, обладают повышенной теплоотдачей, экономичностью и «исключительной экологичностью». Стоит отметить, что сама СУЭК — крупный загрязнитель окружающей среды.
  4. Ограничения на использование твердого топлива. С 15 сентября по 15 мая юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям, присоединенным к системе централизованного теплоснабжения, запрещено использовать твердые виды топлива (дрова и уголь) на территории Красноярска.
  5. Перевод частных домовладений с угля на экологически чистое топливо. В качестве альтернативных вариантов запланированы «локальная газификация» и установка электрокотлов.

Последний пункт Игорь Шпехт считает если не ключевым, то крайне важным. Но его реализация вызывает у активиста вопросы. Он утверждает, что изначально разговор шел о переводе частных домовладений (а их около 15 000) на электроотопление. Для реализации задумки нужно было не так много — ввести для частного сектора льготу на оплату электричества в зимний период. «Встречался, обсуждал, участвовал в рабочих группах. Насколько мне известно, государство было готово субсидировать эти расходы», — комментирует активист. В конце 2022 года была утверждена программа перевода частного сектора на экологичное отопление, но акцент в ней смещен с электричества на газ.

На сегодня, как сообщили «Кедру» в Минэкологии, 23 частных домовладения Красноярска переведены с угольного отопления на сжиженный углеводородный газ. На очереди еще 94, газгольдеры для них уже закуплены. Всего в 2023 году планируют «газифицировать» 1300 домовладений — в кавычках, потому что речь идет об установке газового оборудования, предполагающего использование баллонов с газом. «Это бред, конечно, — говорит Шпехт. — Для электроотопления ничего дополнительного не нужно. Как правило, котлы у людей и на электричество, и на уголь рассчитаны. А вот для перехода на газ нужно устанавливать новое оборудование». Правительство обещает взять расходы на себя, но в стопроцентном объеме сделать это все равно не получится. «Мало кто захочет [переходить на газ], в том числе по соображениям безопасности, — считает Шпехт. — Устанавливать [самый высокий в России] флагшток, строить самую длинную лестницу за Уралом — это пожалуйста. Я не против всего креативного, но есть же первоочередные задачи.

Давайте сначала сделаем так, чтобы с этой лестницы было видно город, а не серую шапку дыма».

Фото: vk.com / Типичный Красноярск

«Не будет нас — появятся другие»

Перформанс в целлофане хоть и вызвал реакцию со стороны общественности, но остался без внимания властей. Других акций Надежда Уточкина пока не планирует.

После отказа мэрии согласовать детское шествие Галина Магергут направила обращение в прокуратуру, в этом ей помогла юристка Наталья Соломенцева — тоже «идейный» человек. Это было еще в марте, но на момент выхода публикации ответа из прокуратуры женщина не получила. Хотя по закону на рассмотрение подобных обращений дается 30 дней.

У Шпехта ситуация сложнее. После запуска nebo.live началась травля: в комментариях к новостям и постам о проекте неизвестные писали, что Игорь вместе с командой «просто осваивают бюджет» (какой именно, не объяснялось), спрашивали, для чего это сделано и на какие средства. Затем на провластных телеканалах начали выходили репортажи, где утверждалось, что датчики, которые использует Шпехт, не работают при температуре ниже десяти градусов, а рейтинги загрязнений, в которые попадает Красноярск, — инструмент пропаганды. «Нам намекали и прямым текстом говорили: было бы лучше, чтобы проект не функционировал», — рассказывает активист. Он не называет имен, но говорит, что на него выходили «представители политических партий и правоохранительных органов».

Игорь считает, что вместо всего этого надзорные органы могли бы использовать в своей работе информацию, получаемую с его датчиков, и объединять эти данные со своими. Но красноярское правительство считает иначе. В ответ на запрос «Кедра» в правительстве пояснили, что сведения, размещаемые на сайте nebo.live, фиксируются датчиками, «не включенными в реестр приборов измерения Российской Федерации», и поэтому «не могут расцениваться как объективные».

За эти датчики Шпехта вызывали «на разговор» в прокуратуру. Игорь объяснил, откуда он их взял и как они работают, за что на него завели административное дело. Главная претензия — распространение данных без лицензии. «В законе “О лицензировании” речь идет об индивидуальных предпринимателях и юридических лицах. Мы же никаких предприятий и ИП не регистрировали. Пришлось нанять юристов, нас защищали три юридические компании», — рассказывает он. Суд Шпехт выиграл.

Через месяц после этого Игорю позвонили из прокуратуры и вновь позвали «на разговор». Имея опыт, он попросил прислать официальное приглашение. Не прислали. Позже знакомые рассказали Шпехту, что прокуратура даже собрала закрытое совещание с другими надзорными органами.

На нем обсуждалось, как сделать так, чтобы данные о выбросах не публиковались в открытых источниках.

«Чиновники готовы бороться не с загрязнениями, а с источником распространения данных о них, то есть с нами, горожанами, — заключает Шпехт и добавляет с недоумением: — Но ведь это бессмысленно. Не будет нас — появятся другие».

* Принадлежит Meta, признанной экстремистской и запрещенной в России. 

Редактор: Анастасия Сечина

Подпишитесь на социальные сети

Facebook и Instagram принадлежат компании Meta, признаной экстремистской в РФ

Океан скроет все: нефть, трупы, оружие

Отрывок из книги «Океан вне закона» — о неприглядной стороне любимых миллионами морских круизов

Лососю в реки вход заказан

Рыбный сезон-2024: как планы чиновников угрожают горбуше Сахалина

«Вонь не передать какая»

Как жители Гатчины борются за чистый воздух с петербургским миллиардером

Внутри потопа

Репортаж из уходящего под воду Орска, где люди знают, какие «грызуны» уничтожили дамбу

«Извините, для вас больше нет мира. Мы его израсходовали»

Разбираем экоклиматический контекст «Дюны» Фрэнка Герберта