Поддержать
Исследования

Запрет на «Панду» Российский WWF сделали «иноагентом» его же воспитанники. Исследование «Кедр.медиа»

18 апреля 2023Читайте нас в Telegram
Акция «Час Земли 2018» в Москве. Фото: Сергей Киселев / Агентство «Москва»

10 марта Минюст РФ включил в реестр «иностранных агентов» WWF России — Всемирный фонд природы. Событие было громким, но, на первый взгляд, ожидаемым. Российская власть уже присваивала этот статус многим экологам: и «Беллоне»*, и архангельскому движению «42»*, и «Экологической вахте Сахалина».

Но, если разобраться, включение WWF в этот список — совсем нетривиально.

Формулировка, с которой фонд был включен в «иноагентский» реестр, звучит так: «WWF под видом деятельности по защите природы <…> пытался оказывать влияние на решения органов исполнительной и законодательной власти Российской Федерации, а также препятствовал развитию промышленных проектов». Но соответствует ли это утверждение действительности?

На протяжении 29 лет работы в России Всемирный фонд природы действительно методично и успешно боролся за сохранение лесов и мест обитания краснокнижных животных. Но в то же время, в отличие от многих экологических организаций, показательно старался не вступать в конфликты с чиновниками и имел совместные проекты с крупным бизнесом. Некоторые ученые и экоактивисты даже называли фонд «лояльным властям».

Вот лишь несколько примеров сотрудничества WWF с российскими органами власти и корпорациями:

  • 21 сентября 2021 года Минприроды РФ объявило о подписании соглашения с Всемирным фондом природы о сотрудничестве в области сохранения биоразнообразия, снижения негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности на окружающую среду. «Минприроды и WWF России реализовали уже не один совместный проект, сегодня фонд ведет работу по важным для нас направлениям», — отметили в ведомстве.
  • 28 октября 2019 года соглашение о сотрудничестве было заключено с правительством Республики Алтай. А всего WWF России официально сотрудничал с правительствами 13 регионов.
  • 16 апреля 2015 года стало известно, что WWF подписал соглашение о сотрудничестве с «ЛУКОЙЛом». Среди других крупных компаний, с которыми работал фонд: «Роснефть», РЖД, Сбербанк, Mondi. Всего в партнерском отчете за 2021 год значится 71 корпорация.

3 мая 2011 года Владимир Путин поздравил Всемирный фонд природы с 50-летием, заявив: «Фонд всегда открыт к партнерству, дружественному и конструктивному взаимодействию. Вопросы экологии, грамотного использования природных богатств входят в число значимых приоритетов Правительства России. Мы намерены и впредь сотрудничать как с WWF, так и с другими общественными организациями».

10 марта 2023 года все эти отношения оказались разрушены. От WWF отвернулись показательно: Кремль публично отказался участвовать в проводимом с 2008 года «Часе Земли» — фирменном проекте фонда. Власти прямо мотивировали свое решение «иноагентским» статусом.

Как была устроена работа WWF в России до попадания в реестр и кому перешел дорогу один из самых лояльных природоохранных фондов — разбирался корреспондент «Кедра».

Роковой Север

WWF пришел в СССР еще на закате перестройки. В 1989 году финансирование от фонда получил проект Большого Арктического заповедника, который расположился на Таймыре и занял площадь 4,2 млн га. Заповедник стал крупнейшим в Евразии, на его территории, несмотря на известные экологические проблемы Таймырского полуострова, и сегодня гнездятся включенные в Красную книгу птицы: орлан-белохвост, краснозобая казарка, сапсан и тундровый лебедь. Здесь же обитают белый медведь, северный олень и овцебык.

Река Хутудабигай. Большой Арктический заповедник. Фото из соцсетей

Проект заповедника, отмечает WWF, подготовили совместно правительства Германии, Нидерландов и администрация тогда еще существовавшего Таймырского автономного округа. В 1993 году уже в России он был утвержден, а вокруг попавшей в его границы бухты Медуза была создана охранная зона: на площади в 6,5 тысяч га нельзя было делать ничего, что вредило бы ландшафту.

В 2010-х российские власти решили увеличивать масштабы промышленного освоения Арктики. Летом 2019 года Минприроды разрешило компании «Востокуголь» работать на территории заповедника, исключив бухту Медуза из его состава. Промышленники намерены добыть там 19 млн тонн угля к 2024 году и для исполнения майского указа президента построить терминал «Чайка», чтобы вывозить ископаемое топливо по Северному морскому пути.

В WWF выступили категорически против угольного проекта. Координатор программы фонда по экологической политике нефтегазового сектора Алексей Книжников заявил, что в заповеднике северным оленям и без того угрожает браконьерство, а «разработка новых проектов в таком экологически чувствительном районе — это безумие».

Защита Арктики стала причиной разлада в отношениях и с некоторыми другими госорганами. В ноябре 2022 года правительство Чукотки расторгло сотрудничество с WWF из-за якобы «деструктивной деятельности» экологов.  Конфликт возник из-за охранной зоны нацпарка «Берингия», которую, по словам властей, «предлагал создать фонд». По мнению чукотских парламентариев, создание охранной зоны могло запретить проход судов по Северному морскому пути, что «повлияло бы на обороноспособность нашей страны и ее экономическую безопасность». Общероссийский народный фронт также потребовал признать деятельность WWF в регионе «угрожающей безопасности страны». В самом фонде на это ответили, что охранная зона «Берингии» создается не по чьей-либо инициативе, а по закону «Об особо охраняемых природных территориях». Нацпарк действительно создавался при сотрудничестве Минприроды России и WWF. Но его создание и тем более установление охранной зоны — это полномочия федеральных властей.

Нацпарк «Берингия». Фото: Wikimedia Commons

В чукотском конфликте Минприроды РФ вступилось за фонд, заявив: «В деле охраны и сохранения природы мы не делимся на группы и преследуем одну цель — защитить нашу природу».

На севере России WWF реализовал много проектов. В некоторых регионах уже 15 лет функционируют «Медвежьи патрули», призванные реагировать на выход белых медведей к людям. Благодаря участникам патрулей, пишет фонд, на той же Чукотке удалось «снизить почти до нуля» конфликты человека с хищниками. (Тут формулировка WWF не совсем удачна, поскольку количество конфликтов между медведями и людьми зависит от состояния льдов и расширения хозяйственной деятельности человека, а не от патрулирования. Поэтому общая тенденция скорее на увеличение числа конфликтов. Но «Медвежьи патрули» во многом сглаживают остроту этих конфликтов, предотвращая гибель и людей, и зверей и создавая благоприятный психологический настрой в населенных пунктах. — Прим. ред.) Также активно WWF сотрудничает с коренными народами, помогая им адаптироваться к изменениям климата, развивать экотуризм и сохранять традиции. В 2021 году на проекты коренных народов Чукотки фонд выделил 10 млн рублей.

— Администрация Чукотки разорвала с ними соглашение непонятно зачем. Фонд там занимался полезным делом: расширением сети ООПТ, обучением местных жителей бесконфликтной работе с белым медведем, учетом морских млекопитающих, связанных с созданием охранной зоны нацпарка «Берингия». Администрация Чукотки почему-то посчитала, что ради этой охранной зоны надо закрыть все побережье, но это не так. Это небольшая часть Чукотки, — говорит эксперт Greenpeace Михаил Крейндлин.

Как WWF работал в 90-е

Полноценное представительство WWF в России появилось в 1994 году стараниями американки Лоры Уильямс. С 1988 года она начала изучать русский, «потому что Россия страна большая и дикой природы в ней должно быть много». В 1990 году прошла стажировку в Ленинграде.

Руководство фонда предложило Уильямс реализовать проект по оценке состояния биоразнообразия в РФ. О состоянии природы в нашей стране фонд знал очень мало и хотел понять, чем может быть полезен. Влюбленная в Россию 23-летняя Лора открыла первый офис WWF в московской хрущевке рядом с метро «Тульская», пригласив к сотрудничеству Владимира Кревера, переживавшего тогда за деградировавший в начале 1990-х Окский заповедник, где «столбы-ограждения падали, а центр разведения редких журавлей после пожара никто не восстановил».

К тому времени финансирование заповедников в России упало на 90%. Фонд — то есть Лора Уильямс и Владимир Кревер — рассылал всем заповедникам и нацпаркам страны письма с предложением сотрудничества. Бумажными письмами и по факсу пришли около 300 заявок, а позже появились и деньги — грант от Дании. На него отремонтировали центры разведения журавлей и зубров в Окском заповеднике, а в «Брянском лесу» построили экопросветительский центр.

Лора Уильямс. Фото из соцсетей

В середине 1990-х международные организации вместе с WWF провели огромную работу по изучению биоразнообразия России. Проект профинансировали из Глобального экологического фонда (ГЭФ) — структуры, которая содержится за счет ООН и Всемирного Банка. $20 млн в проект вложил сам ГЭФ, еще $1,1 млн — правительство Швейцарии. Доля России — $4,8 млн — была не денежной, а деятельной и выражалась в «участии» и помощи.

Один из участников программы, координатор Центра охраны дикой природы Александр Федоров, так описал эту работу:

«Больше никогда ни Минприроды, никто ничего подобного в России не проделывал». На эти деньги требовалось найти территории, представляющие природоохранную ценность, продумать возможность их охраны, обучить природоохранников, подготовить необходимые указы и законы для этого.

— WWF и в 1990-е, и в 2000-е, и в 2010-е годы вносил огромный вклад в сохранение природы. Фонд оформил и спроектировал большое количество особо охраняемых природных территорий или принял участие в их разработке и создании, — рассказывает Федоров.

В середине 1990-х благодаря WWF по стране заработали многие природоохранные проекты. На Дальнем Востоке появился спецотряд «Тигр», успешно боровшийся с браконьерами. В Россию пришла реализуемая Всемирным фондом природы международная программа TRAFFIC, направленная на борьбу с контрабандой животных и растений. Алексей Вайсман руководил ей до 2013 года, потом ушел на госслужбу.

— Мы занимались изучением незаконного оборота объектов флоры и фауны, контрабанды, браконьерства, — вспоминает Вайсман. — Программа начиналась, когда у нас полный бардак творился: тоннами незаконно вывозили морепродукты, включая дальневосточный трепанг. Общими усилиями удалось браконьеров приструнить.

Экспертов TRAFFIC таможенники стали привлекать в качестве консультантов. В 2014 году сотрудничество дальневосточных таможенников с российским WWF вылилось в создание учебника для студентов «Правовые основы охраны природы». Фонд, по словам Вайсмана, координировал эту работу.

Договороспособный игрок

С 1994 года российский WWF разросся до 130 сотрудников, среди которых 16 кандидатов наук, и полутора миллионов сторонников, так или иначе участвующих в деятельности фонда. Офисы WWF открыты не только в Москве, но и в Красноярске, Краснодаре, Архангельске, Мурманске, Владивостоке, Петропавловске-Камчатском, Нарьян-Маре. С 2004 года фонд работает как самостоятельное российское юрлицо, используя официальную символику WWF как франшизу.

Бюджет фонда на 2021 год — 1,1 млрд. рублей. Из них 77% — иностранные поступления. В основном это Нидерланды, Швеция и Германия. 10% или 114 млн рублей приходится на деньги, которые можно идентифицировать как российские: от фонда президентских грантов (4,4 млн рублей) и от российских корпоративных доноров (109,6 млн рублей).

Фонд активно сотрудничает с государством и региональными властями, имея подписанное в 2021 году соглашение о сотрудничестве с Минприроды РФ, а также соглашения с 13 субъектами РФ. В 47 регионах Всемирный фонд природы, по собственным данным, реализовал более тысячи программ.

— WWF регулярно проводил семинары по обучению сотрудников ООПТ, закупал технику и оборудование для заповедников, национальных парков. Огромное количество документов, свидетельствующих, что они очень много покупали оборудования. Где-то — фотоловушки, где-то — форму. Где-то — машины для заповедников и нацпарков. Количество этой техники, учитывая, что это все-таки неправительственная организация, я бы сопоставил с ленд-лизом США времен Второй мировой войны, — говорит Александр Федоров.

За тесное сотрудничество с госорганами WWF называли лояльным властям фондом. В 2009 году с 15-летием работы в РФ поздравил президент Дмитрий Медведев, чью идею по совершенствованию экологического законодательства поддержал фонд. В 2014 году с 20-летием его поздравил Владимир Путин. А первый директор российского WWF Игорь Честин получил в 2019 году из рук Путина орден Почета.

Источник «Кедра» среди высокопоставленных чиновников Минприроды РФ считает, что федеральные власти «заигрывали» с фондом. Так, в мае 2014 года WWF России позвали на совещание по судьбе Арктики с участием Путина. А Greenpeace, чьи активисты годом ранее приковали себя наручниками к нефтедобывающей платформе «Приразломная» в Печорском море, принадлежавшей «Газпром нефти», на совещание не попал. Тогда президент, отмечает «Коммерсант», подчеркнул, что готов сотрудничать с теми защитниками природы, «кто преследует искренне благородные цели, а не спекулирует на экологических проблемах, не превращает их в предмет торга, собственного пиара или бизнеса». В конце совещания он заявил, что Арктика все равно и неизбежно будет осваиваться.

«Гринпис» на нефтедобывающей платформе «Приразломная», 2014 год. Фото: Денис Синяков / Гринпис

На региональном уровне, по мнению источника в Минприроды, WWF помогал отдельным субъектам, общественникам и НКО с экспертизой и деньгами. «Конечно, фонд во многом был полезен, но в какой-то момент явно встал против России, осваивая Арктику», — считает источник.

Бывший сотрудник WWF на условиях анонимности отмечает, что фонд имел влияние на кадровую политику в госструктурах, которые создавались или работали при его поддержке. Во многом это было возможно благодаря фигуре экс-директора WWF России Игоря Честина, который, говорит бывший сотрудник, «открывал двери ногой». «Без обсуждения с ними не назначали [директорами многих существующих и создаваемых ООПТ] никого», — считает он. Источник в Минприроды подчеркивает, что в структуре министерства и его подразделений есть те, кто очень плотно взаимодействует с WWF России, но не конкретизирует степень влияния фонда на кадровую политику.

Александр Федоров, проработавший в структурах министерства природных ресурсов с 1998 года (тогда это был госкомитет по охране окружающей среды) по 2002-й, утверждает, что к рекомендациям WWF, конечно, внимательно прислушивались, но кадровые вопросы, по его словам, власти решали самостоятельно.

— Фонд делает сложную работу — ведет переговоры с лицами, принимающими решения, но не афиширует это. Его возможности по сотрудничеству с государством несоизмеримо выше, чем у Greenpeace. Ни одна другая общественная природоохранная организация в России вести такую работу не может, — считает эколог, член комиссии МСОП по региону «Северная Евразия» Юлия Набережная, сотрудничающая с WWF.

Защита лесов

За время своего существования WWF России помог создать более 145 ООПТ различного статуса, общей площадью 72 млн га. 

Кадр фотоловушки в нацпарке «Земля леопарда»

Например, на Дальнем Востоке, где за последние сто лет площадь кедрово-широколиственных лесов — мест обитания большинства редких видов — сократилась больше чем вдвое, стараниями WWF в 2012 году был создан нацпарк «Земля леопарда» площадью 269 тысяч га, охвативший бо́льшую часть мест обитания дальневосточного леопарда. Здесь же сосредоточена одна из группировок тигра. Созданный в 2015 году нацпарк «Бикин» площадью в 1,16 млн га включил большой массив нетронутых рубками кедрово-широколиственных лесов, имеющих важное значение для сохранения тигра, гималайского медведя и многих других животных.

— Это одна из самых крупных территорий уникальных лесов. Не только они им занимались, но они много сил вложили в то, чтобы этот нацпарк был создан, — отмечает Крейндлин.

Помимо этого, стараниями WWF России в 2013 году был создан сайт с подробными картами лесов высокой природоохранной ценности, который сейчас охватывает все восемь федеральных округов. На сайте, подключая разные слои, любой желающий может посмотреть информацию об аукционах и аренде участков и своевременно проверить, какая хозяйственная деятельность там ведется.

— Я, допустим, захожу на участок и с помощью этого сайта на телефоне или планшете вижу: ага, здесь делянка, орнитологически ценная территория с краснокнижными видами птиц. Я подключаю слой и смотрю, есть ли здесь насаждения каштана. Это тоже дополнительная ценность для территории, — рассказывает Юлия Набережная. — Незаконная вырубка — больной вопрос для Краснодарского края. Во-первых, браконьеры охотятся за редкими видами деревьев: кавказской грушей и каштаном. Во-вторых, из-за развития курортов на Красной поляне и олимпийской стройки территории заповедников сокращаются, а леса часто и нещадно вырубаются под обустройство курортной инфраструктуры. После окончания Олимпиады проблем меньше не стало. Но фонд помогал в их решении.

По словам Набережной, с помощью разработанного картографического слоя для сайта сочинским активистам удалось начать процесс по возвращению земель, которые некогда принадлежали сочинскому нацпарку на побережье Черного моря. На карте было наглядно видно, что «границы [нацпарка] изрезаны в лохмотья, вырезаны дыры непонятно откуда и поставлены на кадастровый учет». «Вырезанные» участки отдавались в том числе и под индивидуальное жилищное строительство.

Вернуть земли в состав национального парка пока не получилось, но в 2021 году прокуратура арестовала изъятую ранее территорию — 4 тысячи га. Было возбуждено уголовное дело об особо крупном мошенничестве. А земли готовятся к включению в состав особо охраняемой природной территории.

Делянки в границах Сочинского национального парка (желтый контур — территория национального парка, черный контур — делянки). Карта: WWF

Кошачьи приписки

В 2021 году российский WWF потратил больше 55% всего бюджета — 633 млн рублей — на программы, связанные с восстановлением популяций краснокнижных животных. С самого начала своей работы в России фонд уделял особое внимание  сохранению леопарда, тигра, снежного барса и зубра.

Так, например, фонд содействовал охране тигра, в том числе созданием спецотряда «Тигр», который в 1994 году при поддержке WWF образовал Государственный комитет по экологии Приморского края. В создании этого отряда принимала участие и американская «Глобальная сеть за выживание».

По словам экспертов, зимой 1993–1994 годов на Дальнем Востоке было убито не менее 100 тигров: «Все, что могло быть продано, грабилось, уничтожалось и рекой утекало в соседний Китай».

В 1999 году отряд трансформировался в специнспекцию со штатом в 25 человек. К 2004 году структура уже насчитывала 32 инспектора охраны и сводный отряд «Конфликтный тигр», который занимался, например, отловом больных или раненых животных и расследовал случаи стычек животных с человеком. Фонд помогал инспекции, закупая для сотрудников необходимое оборудование.

В 2007 году штат организации, перешедшей в подчинение Росприроднадзору, насчитывал уже 50 человек. В 2016 году специнспекция была переименована в научно-исследовательский центр «Красная книга», а 27 июля 2022 года юрлицо прекратило деятельность, присоединившись к ФГБУ «Федеральный центр анализа и оценки техногенного воздействия». Антибраконьерские бригады в определенной степени оказались результативны. По данным WWF, с 1990 по 2005 год численность амурского тигра выросла с 400 до 450 особей.

Но, по словам ученого-зоолога Виктора Лукаревского, изучающего тигра в России, борцы с браконьерами сами стали постепенно с ними сращиваться.

В 2010 году действовавший на тот момент премьер-министр РФ Владимир Путин на международном форуме в Санкт-Петербурге поручил увеличить популяцию тигра в России к 2022 году вдвое. Чем была обусловлена такая задача, никто не понял. Как предполагал входящий в президентский пул журналистов спецкор «Коммерсанта» Андрей Колесников, это была «магия цифр».

На проект, по оценкам тогдашнего директора WWF России Игоря Честина, потребовалось порядка $54 млн. Деньги собирали всем миром: Агентство США по международному развитию выделило около $600 тысяч, власти ФРГ дали €4 млн на проект нацпарка «Бикин». Суммарно в 2010 году удалось собрать около $10 млн.

В 2013 году Русское географическое общество учредило для реализации путинского проекта АНО «Центр Амурский тигр», который возглавил Сергей Арамилев, работавший с 2003 года ведущим координатором программ по биоразнообразию Амурского филиала WWF. Как утверждают источники «Кедра», знакомые с работой фонда на Дальнем Востоке, со временем Арамилев все меньше взаимодействовал с WWF и в последние годы «разговаривал с ними через губу». На вопросы «Кедра» он не ответил.

Уже в 2022 году на очередном международном форуме во Владивостоке Путин по видеосвязи сообщил о почти двукратном росте популяции тигра, достигшей 750 особей. Как такая магия могла произойти, косвенно проясняет публикация специалистов по редким кошачьим Дальнего Востока Дмитрия Пикунова и Виктора Юдина в одном из номеров журнала «Охота и охотничье хозяйство» за март 2015 года. По их данным, в 2013 году Сергей Арамилев вместе со своим отцом Владимиром, нынешним директором Лазовского заповедника, на средства WWF России проводил учет численности леопарда и тигра в Юго-Западном Приморье силами охотнадзора, охотников и егерей ООПТ, не привлекая к исследованию профильных специалистов и изменив отработанную прежде методику и маршруты. В итоговом отчете практически не был отражен половозрастной состав особей, отсутствовали первичные данные. Исследователи пришли к выводу, что популяция леопарда в 2013 году выросла вдвое, а тигра — почти втрое по сравнению с 2007 годом, при этом они не обосновали, что вызвало такой бурный рост численности хищников.

В 2015 году Арамилевы провели учет численности тигра уже по всему ареалу в России так же, при поддержке WWF. «По линии WWF предварительно [еще до начала работ] запущена информация о том, что количество тигров растет и теперь их более 700 особей», — писали Дмитрий Пикунов и Виктор Юдин в своей статье. Официальная цифра оказалась более осторожной: 540 особей. Но и это противоречило данным ежегодного мониторинга, который показывал медленное снижение численности тигра. В том же году директор Тихоокеанского института географии дальневосточного отделения РАН, академик Петр Бакланов попросил департамент охотничьего надзора Приморья, куда стекались все первичные данные учета, предоставить эти цифры для альтернативного анализа. Ему отказали.

Расхождения в подсчетах могли быть вызваны и тем, что WWF, как любая крупная организация, требовал конкретных результатов по проектам, которые они финансируют. Что могло приводить и к припискам.

Взрослая тигрица. Хабаровский край, октябрь 2022 года. Фото: Sascha Fonseca

— Каждые полгода требуется делать отчеты. В них WWF всегда требует показать, какой прогресс есть по тому или иному проекту. И ты должен его показывать. Если возникла стагнация, то объяснять почему, — рассказал Виктор Лукаревский, работавший координатором WWF в Туркменистане и участвовавший в разработке программ по сохранению снежного барса и амурского тигра в России. — А если проект долго стагнирует, то донор ставит вопрос: а стоит ли вообще финансировать неуспешный проект?

Это, считает он, заставляло WWF приукрашивать результат. Вдобавок, по его словам, у фонда была программа поддержки некоторых охотничьих хозяйств: «Они [охотпользователи] нарисуют вам любые картины, чтобы получить деньги».

Похожая ситуация сложилась и с популяцией ирбиса, рассказывает Лукаревский. «Их оставалось к началу 2000-х около 30 кошек. Но фонд заявил, что их численность увеличилась до 70–90, потому что в эту программу были вбуханы миллионы. До сих пор 80% бюджета проектов WWF в Алтай-Саянском экорегионе уходит на сохранение снежного барса, однако особого прогресса так и не достигнуто», — отмечает зоолог.

Вдобавок, по его мнению, у WWF при наличии «огромного количества» фотоловушек нет единой базы данных по снежным барсам. Из-за этого объективно оценить реальную численность зверя невозможно.

«Они покажут зверя на фотоловушке, соберут тысячи лайков. Все умиляются: “Какие кисоньки, какие мишки” — и не задумываются, что это всего лишь одна самка на 150 км в округе»,

— считает ученый.

Основной проблемой истребления барса в России он называет то, что местные жители ставят большое количество охотничьих петель на кабаргу. В эти петли часто попадается и снежный барс, который там же и погибает. Решить проблему, уверен он, можно, проведя оценку состояния популяции кабарги. После чего следует каждую зиму проводить охрану не по всей территории, а только там, где численность этого животного высока, потому что в таких местах обычно много охотников. Но в WWF, по его словам, к этой идее не прислушались.

Кабарга. Фото: Кедр

Фонд защиты охотников

Несмотря на огромную, хоть местами и спорную работу по сохранению редких видов животных, руководство WWF России само не скрывает своей симпатии к охоте. Бывший директор, а сейчас президент Всемирного фонда природы Игорь Честин так описывал охоту журналисту Андрею Лошаку в 2010 году:

— Охота — это достаточно большие трудозатраты: идешь в горы, живешь у костра, ищешь животное. Когда-то ты его нашел, когда-то нет, ты мог в него попасть, мог не попасть. Здесь проблема не в том, чтобы взять и убить. Можно купить медведя в цирке, посадить его в клетку и там его убить. Но этого же никто не делает, — романтизировал он образ охоты и охотника. Интервью-спор с Честиным опубликован в журнале «Сноб».

Там же Честин утверждает, что охота на зверя с фоторужьем — это, конечно, хорошо, но не то: «Это не полное погружение. <…> Полное — это когда ты живешь этой жизнью, когда ты не берешь с собой продукты в достаточном количестве», — считает президент природоохранной организации, который, как сам описывал, даже брал с собой меньше продуктов, чтобы сознательно ставить себя в зависимость от успеха на охоте. Животных в этом споре он описал так: «Это природный ресурс. Такой же, как лес, ягоды, грибы и так далее».

Другой охотник из числа уже бывших сотрудников WWF — Алексей Вайсман. В 2013 году он ушел из фонда на госслужбу и в 2018 году, будучи замдиректора Контрольного информационно-аналитического центра охотничьих животных и среды их обитания, был награжден знаком «Отличник охотничьего хозяйства». 

Об охоте Вайсман отзывается как об «одной из форм охраны природы». «Если не будет легальных охотников в угодьях, будут браконьеры, которые будут вышибать все. Возьмите даже данные по странам, где лучше всего обстоит дело с охраной природы, в частности животного мира, и где развито охотничье хозяйство. Вы увидите, что это одни и те же страны. Финляндия, Канада, Германия, Чехия, США, Бразилия, например», — высказался он в беседе с корреспондентом «Кедра».

В Германии охотников насчитывается всего 0,4% от населения страны, что меньше, чем в России (2%), из-за дороговизны увлечения. А в США, где, по данным самого Вайсмана, насчитывается 4% охотников, коммерческая охота запрещена.

Алексей Вайсман. Фото: Охота и охотничье хозяйство

В 2010 году, будучи еще сотрудником WWF, Вайсман писал в «Русском охотничьем журнале», что комиссия по Красной книге планировала почистить ее, поскольку документ превратился в «помойку». Хотели, пишет Вайсман, избавиться от охраны тех видов, которые живут на сопредельных с Россией территориях и приходят сюда нечасто. Тем самым планировалось оставить не больше 20% видов, но «на дыбы встало громкое, агрессивное и хорошо финансируемое природоохранное лобби (замечу: не общественность, а именно лобби), которому часто важен не смысл, а форма». За охоту на краснокнижных животных, к слову, Уголовный кодекс предусматривает до девяти лет лишения свободы.

В том же году WWF одобрил соглашение между правительствами России и США, согласно которому были впервые введены лимиты на добычу белого медведя коренными жителями Чукотки и Аляски в размере 58 особей в год (по 29 на жителей Аляски и Чукотки). Коренное население США и до этого имело возможность неограниченной легальной добычи белых медведей, в связи с чем и возникла необходимость упорядочивания этого процесса. А вот в России, где с 1957 года действовал запрет на охоту на данный вид (что, впрочем, не отменяло браконьерства), был создан нехороший прецедент для обсуждения открытия охоты. В 2018 году та же Российско-Американская Комиссия по белому медведю увеличила общую квоту до 85, но в России, несмотря на наличие активных сторонников охоты на этот исчезающий вид, она до сих пор не реализуется.

А в 2017 году на Дальнем Востоке произошел скандал вокруг включения гималайского медведя в Красную книгу. Тогда WWF вместе с дальневосточным филиалом Всероссийского научно-исследовательского института охотничьего хозяйства и звероводства опубликовал исследование состояния популяции медведя в Приамурье с 2010 по 2017 год. В документе под авторством охотоведа Юрия Дунишенко утверждалось, что численность этого вида медведя, на которого даже устраивают охотничьи туры, за последние десять лет только росла.

— Я был среди сторонников включения гималайского медведя в Красную книгу. В России этот южный вид обитает на пределе своих экологических возможностей и связан со старовозрастными кедрово-широколиственными лесами. Места его обитания разрушаются, а сам гималайский медведь является популярным объектом браконьерства и трофейной охоты, поскольку Россия на сегодня фактически единственная страна, где его разрешено отстреливать, в том числе иностранным охотникам, которые сюда едут специально за этим, — объясняет зоолог Сергей Колчин. — А WWF занял позицию охотников, и, когда нам удалось добиться включения медведя в список рабочего проекта Красной книги, появилась эта странная экспертиза, оплаченная фондом. Ее автор еще 10 лет назад давал совершенно иные прогнозы. Если сопоставить то, что он заявлял в разное время, то окажется, что рост численности гималайского медведя происходил на фоне ежегодного отстрела браконьерами до 11,4% поголовья, ежегодного сокращения популяции на 0,4−2,9% и при угрожающих масштабах разрушения среды обитания. Что характерно, в своих новых суждениях автор экспертизы широко использовал данные организаторов трофейной охоты на гималайского медведя.

В итоге Минприроды не включило гималайского медведя в Красную книгу. Алексей Вайсман тогда, напротив, считал, что этому виду ничего не угрожает.

«Я был одним из членов секции млекопитающих комиссии по Красной книге. И выступал активно против обратного включения гималайского медведя в Красную книгу, из которой сделали помойку. Медведю не угрожает ничего. Его столько, сколько может быть сейчас в этих угодьях»,

 — заявил Вайсман «Кедр.медиа».

На замечание о том, что на медведей проводят охотничьи туры, Вайсман отвечает категорично: «И что? Если не будет легальных охотников в угодьях, будут браконьеры, которые будут вышибать все».

На своем официальном сайте WWF России отзывается об охотниках так: «Настоящие охотники, которые добывают животных по лицензии, на самом деле природе даже помогают. В США, например, благодаря популярности охоты сохранилось много диких лесов, которые могли быть уничтожены. Ради интересов этого сообщества лесозаготавливающим компаниям пришлось пожертвовать своими планами на вырубку. Похожие примеры можно встретить и в России».

Лазовский заповедник. Фото: Валерий Шохрин / пресс-служба Лазовского заповедника

Сборы с охотников, отмечается в позиции фонда, покрывают расходы на сохранение десятков видов других животных в лесу. «Например, охотхозяйства Приморья увеличивают численность популяции оленей и кабанов для охоты, тем самым улучшая кормовую базу тигров и леопардов. В результате численность хищников растет», — говорится на сайте фонда.

На деле все не так однозначно. Как ранее писал «Кедр», Лазовский заповедник, который вместе с расположенным поблизости нацпарком «Зов тигра» возглавляет охотовед и кандидат географических наук Владимир Арамилев, известен тем, что вокруг него нет охранной зоны. Местные считают, что это может быть связано с тем, что в приграничных охотхозяйствах засели «бандиты», инспекторы якобы даже боятся патрулировать те места.

К заповеднику вплотную по всему наземному периметру примыкают участки охотхозяйств, расположенные на бывших сельхозземлях. Поля охотники засевают для выращивания приманок для животных. Именно в Лазовском заповеднике и в «Зове тигра», отмечала зоолог Галина Салькина, фиксировалась высокая смертность тигров: из 60 особей 40 попадались на фотоловушках только первые пару лет, а потом словно пропадали. Это может, по ее мнению, свидетельствовать об их истреблении.

А истреблять есть кому. В марте прошлого года местные браконьеры, отстреливавшие тигров и продававшие их дериваты (органы и части тела), получили небольшие условные сроки: по три и четыре года условно. В 2021 году сотрудники охотнадзора привезли в «Зов тигра» самку и самца тигра с севера Приморья, снабдили ошейниками для отслеживания, но животные быстро исчезли из поля зрения — вероятно, их убили. В 2013 году в Приморье судили Евгения Романова, который в составе группы охотился на краснокнижных животных, в том числе в Лазовском районе (по одной из версий, прямо в охотхозяйстве «Медведь», примыкающем к заповеднику и также имевшем совместные проекты с WWF), в 2011–2012 годах, причинив ущерб природе на 9 млн рублей.

Ко всему прочему, по словам бывшего помощника Путина, а ныне известного трофейного охотника Сергея Ястржембского, WWF проспонсировал его фильм о защите слонов и тигров. В самом WWF заявляют, что выпуск фильма не спонсировали, а лишь участвовали в его обсуждении. Сегодня Ястржембский выступает за открытие в России трофейной охоты на тигра и белого медведя. 

Сергей Ястржембский на «охоте» с транквилизаторами в Ботсване. Фото из архива Сергея Ястржембского / Охотники.ру

К слову, идея охоты на исчезающие виды не нова. О трофейной охоте на амурского тигра, например, высказывался в 2006 году на тот момент уже бывший сотрудник WWF Михаил Кречмар в своей статье «Охота на тигра — реальность или утопия?», размещенной в январском номере «Российской охотничьей газеты».

— Если говорить абстрактно и с точки зрения сохранения дикой природы, то охота — это вред, — считает представитель Центра охраны дикой природы Александр Федоров. — Но если много волков расплодится, они будут нападать на домашних животных. В природе всегда так: хорошие условия — кто-то размножается, та же саранча. Условия меняются, численность сокращается.

Поэтому, уверен он, теоретически охота уместна только как средство выживания, например, для коренных малочисленных народов, потому что по-другому они жить не умеют. «А вот спортивная охота, в том числе для развлечения — все категорически против этого. Убийство ради развлечения — это неприемлемо. Дальше бывают разные ситуации. Есть среди сотрудников [WWF] и искренние охотники. Это для них страсть. Они допускают в том числе и спортивную охоту. Да, такие люди там тоже есть. Мы с ними, бывает, очень жестко спорим на эту тему», — говорит Федоров.

Кому мешала «Панда»

Тем, что WWF вместе с Greenpeace может попасть в реестр «иноагентов», провластные общественники грозили еще год назад. В апреле 2022 года Русское экологическое общество попросило Минюст проверить «зарубежные» природоохранные организации, которые якобы «формируют негативное общественное мнение о действиях российского правительства и компаний в сфере охраны природы».

Но в мае Минюст не нашел причин для включения в реестр, потому что WWF и Greenpeace, по мнению министерства, — международные неправительственные организации, а в реестр могут включать только российские с зарубежным финансированием. Хотя ведомство тогда ошиблось: Всемирный фонд природы в России — российское юридическое лицо, использующее бренд WWF по франшизе.

Чуть меньше чем за месяц до решения Минюста, 14 февраля 2023 года, глава ведомства Константин Чуйченко, который также возглавляет Наблюдательный совет АНО «Центр Амурский тигр», и спецпредставитель Путина по вопросам экологии Сергей Иванов (председатель Наблюдательного совета АНО «Дальневосточные леопарды») опубликовали в «Комсомольской правде» колонку, в которой убеждали читателя, что вся работа по сохранению тигра и леопарда делается государством. И в этом даже есть прогресс, потому что численность этих видов растет.

Отряд «Тигр» в Лазовском заповеднике. Фото: пресс-служба Центра «Амурский тигр»

Все, что, по мнению чиновников, делает WWF — покупает пару снегоходов и долго пиарится на якобы незаметной работе государства и крупных госкомпаний, которые, по их словам, реально вкладывают деньги в сохранение разных видов животных.

После публикации в «Комсомолке» бывший сотрудник WWF, а ныне директор «Амурского тигра» Сергей Арамилев дал интервью телеканалу «Россия 24», в котором рассказал, что государство опять же делает все для сохранения популяции тигра. Но не уточнил, какую роль WWF сыграл в этой работе и в его назначении директором АНО «Центр Амурский тигр».

— На самом деле до того, как АНО «Центр Амурский тигр» возник, этим занимался WWF. А Сергей Арамилев был сотрудником WWF, и фонд его рекомендовал на должность директора АНО «Амурский тигр»,

— рассказывает эксперт Greenpeace Михаил Крейндлин. — А Чуйченко, когда был председателем Контрольного управления президента (2008–2018 годы — прим. ред.), курировал всю работу по охране тигра. И курирует по старой памяти, работая уже министром юстиции. Есть большое подозрение, что именно АНО «Центр Амурский тигр», насколько они тесно общаются с Чуйченко, убедил его и Иванова, что надо на WWF наехать. На простом языке, расчищают поляну.

10 марта этого года Минюст РФ все-таки признал WWF «иностранным агентом». По официальной версии ведомства, «представители фонда пытались оказывать влияние на решения органов исполнительной и законодательной власти РФ, препятствовали реализации промышленных и инфраструктурных проектов». О каких именно решениях идет речь, в Минюсте не уточнили. В пресс-службе WWF тоже не стали комментировать этот вопрос, указав, что у них есть три месяца на обжалование.

Высокопоставленный чиновник Минприроды РФ заявил в беседе с корреспондентом «Кедра», что представителей фонда сейчас «убирают из общественных советов при министерстве и при подведомственных ему службах». Это уже произошло на Дальнем Востоке, где из комиссии по изменению и упразднению ООПТ исключили руководителя отдела особо охраняемых природных территорий Амурского филиала WWF Павла Фоменко.

За WWF после признания его «иноагентом» вступились больше 60 природоохранных организаций. В коллективном письме Владимиру Путину они называют решение Минюста РФ «крайне ошибочным», утверждают, что деятельность фонда не относится к политической, а решение сильно ударит по природоохранной деятельности.

Фото: WWF России

Центр охраны дикой природы — одна из этих организаций. Ее сотрудник Александр Федоров считает, что WWF был «одним из ключевых игроков в защите природы России», однако из-за нового «токсичного» статуса потеряет это влияние, что развяжет властям руки по реализации проектов на природоохранных территориях, которые благодаря фонду оставались нетронутыми. Например, в 2004–2006 годах фонд вместе с Greenpeace смог добиться того, что нефтепровод «Транснефти» «Восточная Сибирь — Тихий океан» был проложен за 400 км от уникального пресного озера Байкал, а не в 800 м, как компания планировала изначально. В 2018 году фонд добился того, что газопровод «Алтай» в Китай решили прокладывать в обход плато Укок — объекта всемирного наследия ЮНЕСКО. Такие результаты природоохранной деятельности WWF, по его мнению, и стали причиной признания фонда «иноагентом».

— Сила у WWF была как раз в диалоге. Фонд все свои проекты вел совместно либо с правительством, либо с компаниями. Если мы хотим чего-то достичь, мы так или иначе должны выходить на органы власти, чтобы они принимали решения или выполняли какие-то программы и мероприятия. Статус «иноагента» фактически запрещает органам власти и компаниям иметь с ними дело, — считает Федоров. — Очень существенная доля работ по охране окружающей среды в России будет прекращена.

Несмотря на свой новый статус, фонд официально декларирует, что продолжит работу в прежнем режиме: «Дел много, природу нельзя поставить на паузу. Поэтому наша работа не останавливается». В пресс-службе WWF России отказались от подробных комментариев.

*Внесен в реестр «иностранных агентов»

Подпишитесь на социальные сети

Facebook и Instagram принадлежат компании Meta, признаной экстремистской в РФ

Океан скроет все: нефть, трупы, оружие

Отрывок из книги «Океан вне закона» — о неприглядной стороне любимых миллионами морских круизов

Лососю в реки вход заказан

Рыбный сезон-2024: как планы чиновников угрожают горбуше Сахалина

«Вонь не передать какая»

Как жители Гатчины борются за чистый воздух с петербургским миллиардером

Внутри потопа

Репортаж из уходящего под воду Орска, где люди знают, какие «грызуны» уничтожили дамбу

«Извините, для вас больше нет мира. Мы его израсходовали»

Разбираем экоклиматический контекст «Дюны» Фрэнка Герберта