Поддержать
Сюжеты

«Мы действительно последнее поколение» В Европе массово преследуют климатических активистов. Но их протест становится лишь радикальнее

02 июля 2024Читайте нас в Telegram
Активисты перекрыли движение на Уайтхолле в Лондоне. Фото: James Veysey/REX/Shutterstock

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ «КЕДР.МЕДИА» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА «КЕДР.МЕДИА». 18+

В мае прокуратура Мюнхена арестовала счета и имущество семи активистов из движения Letzte Generation («Последнее поколение») на сумму 700 000 евро. Их обвиняют в создании и поддержке преступного объединения. Санкция статьи — до 5 лет лишения свободы. А в июне в своем годовом отчете Федеральное ведомство по охране конституции Германии упомянуло радикальных климатических активистов наряду с крайне правыми группировками и исламскими фундаменталистами как одну из главных угроз внутренней безопасности страны.

«Кедр» рассказывает, что происходит с климатическим движением в Европе и можно ли говорить, что давление на экоактивистов усиливается теперь не только в России, но и на Западе?

«Нашей привычной жизни осталось недолго»

Почти одновременно с климатическими протестами Fridays for Future в 2019 году, когда Грета Тунберг обвинила делегатов ООН в пустословии, группа Extinction Rebellion организовала массовые демонстрации в Лондоне. Тысячи человек перекрыли центр города, поселились в палаточном городке и требовали объявить чрезвычайную климатическую ситуацию. Тогда было задержано 1100 человек. Казалось, что жесткая реакция силовиков должна была снизить протестную активность. Но на деле радикальный климатический протест стал только набирать обороты. С каждым годом появлялось все больше групп, которые блокировали автострады, обливали супом произведения искусства и иными способами пытались сообщить политикам и обществу, что скоро все это станет нам не нужно, ведь люди уже массово гибнут от последствий изменения климата, и количество жертв будет расти по экспоненте, если выбросы парниковых газов продолжат увеличиваться.

Активисты Extinction Rebellion блокируют Ламбетский мост в Лондоне, 2019 год. Фото: Reuters

«Если посмотреть на историю экологических протестов, мы увидим, что раньше активисты блокировали что-то на месте преступления, например поезд с урановыми отходами, которые из Европы отправляли в Россию, — рассказывает экоактивистка Ахинар (имя изменено по просьбе). — Блокировка шоссе — это не блокировка поезда с ураном, и это радикализация. Остановить преступления против климата очень тяжело, поэтому нужны акции, которые привлекают внимание широкой общественности. Даже если они поляризуют мнения».

«Последнее поколение» началось с голодовки нескольких активистов в августе 2021 года в Германии. Семь молодых людей провели 27 дней в палаточном лагере неподалеку от здания Рейхстага в Берлине, требуя встречи с кандидатами в канцлеры. Все это время они находились без еды, а двое участников в конце отказались еще и от воды. Им удалось добиться встречи с Олафом Шольцем, тогда кандидатом, а теперь канцлером Германии. Однако встречей они оказались недовольны. «Канцлер не продемонстрировал никакого осознания экзистенциальной угрозы для общества, которую представляет чрезвычайная климатическая ситуация, поэтому пришлось блокировать самые загруженные автомагистрали Берлина, — сказано на их сайте. — С тех пор мы снова и снова возвращаемся в Берлин и блокируем там основные дороги. Нам не нравится это делать. Но мы рассматриваем такое гражданское сопротивление как наш лучший шанс добиться изменения разрушительного курса».

Движение привлекало внимание громкими акциями. Активисты перекрывали нефтепроводы около Демина, Шведта и Страсбурга в 2022 году, приклеивались к «Сикстинской Мадонне» в Дрездене, выливали картофельное пюре на картину Клода Моне в Потсдаме. Они много раз блокировали дороги в разных регионах Германии, в буквальном смысле приклеивая себя суперклеем к автостраде. В июне прошлого года на немецком острове Зюльт активисты облили частный самолет оранжевой краской и приклеились к нему, держа в руках плакаты с надписями «Ваша роскошь = наша засуха» и «Ваша роскошь = наши неурожаи».

Вскоре движение распространилось и на другие страны. В Италии участники «Последнего поколения» залезали в знаменитый фонтан Треви в Риме и выливали в него воду с растворенным углем. По иронии судьбы сразу после скандала случилось наводнение из-за нетипично долгих дождей в итальянской провинции Эмилия-Романья: его жертвами стали 14 человек.

«Надо понимать, что название “Последнее поколение” это не просто слова. Молодежь, которой в школе рассказывают о климатическом кризисе, видит его проявления здесь и сейчас и понимает, что мы реально последнее поколение, которое может что-то изменить.

Они убеждены (что в общем-то подтверждают и научные данные), что если не предпринять срочные меры, то нашей привычной жизни осталось недолго. Поэтому такие вещи, как заблокированные дороги и облитые картины, ничто по сравнению с бездействием власти. При этом они вызвали широкий резонанс и дискуссию в обществе», — комментирует экологическая активистка Ахинар.

Подобные акции в разных странах проводили и другие движения. Так, активистки организации Just Stop Oil облили томатным супом знаменитую картину Ван Гога «Подсолнухи» в Лондонской Национальной галерее. Эта акция произошла после решения правительства о выдаче лицензий на разработку новых нефтяных и газовых месторождений. Тогда же активисты перекрывали дороги.

Ответная реакция

Радикализация климатических протестов не осталась незамеченной. Еще год назад немецкая полиция устроила рейды против участников «Последнего поколения»: они прошли в 7 федеральных землях из 16, в операции было задействовано 170 полицейских. Тогда же суд впервые приговорил участницу «Последнего поколения» к тюремному заключению. Пресс-секретарь движения Карла Хинрихс получила 2 месяца тюрьмы и 60 часов общественных работ за то, что организовывала перекрытие улицы, чем «угрожала здоровью людей».

«Некоторые считают, что полиция сейчас быстрее переходит к применению болевых методов, но я бы не сказал, что вижу радикальные изменения в их действиях. Поведение полиции в Германии очень зарегулировано и скорее зависит от региона. В Берлине полиция традиционно более жесткая, чаще и быстрее переходит к применению силы, чем, например, во Фрайбурге, маленьком городке на юге, где с активистами будут скорее разговаривать, причем вежливо, — рассказывает активист «Последнего поколения», пожелавший остаться анонимным. — А вот что происходит так это преследование, особенно после таких акций, как блокировка дорог. “Последнее поколение” часто использовало именно этот метод. В Берлине мы блокировали одновременно десятки дорог, однажды 40 одновременно».

Но в конце мая этого года немецкая полиция и Федеральная прокуратура впервые провели обыски по всей стране у экоактивистов «Последнего поколения» и попытались обвинить их в создании экстремистского сообщества и террористических актах. Двух участников «Последнего поколения» подозревают еще и в попытке совершить в апреле 2022 года диверсию на нефтепроводе Триест – Ингольштадт, критической инфраструктуре Баварии.

Обыски у экоактивистов в Берлине. Фото: Christoph Soeder / dpa / picture alliance

В других европейских странах также наблюдается ужесточение реакции на климатический протест. В Падуе против участников «Последнего поколения» даже ведется следствие, их обвиняют в создании преступного сообщества (лишение свободы от 3 до 6 лет — прим. ред.). Занимается этим случаем спецподразделение по борьбе с терроризмом и экстремизмом.

В прошлом году в Нидерландах полиция с помощью водометов разогнала протестующих на блокировке дороги в Гааге и арестовала более 1500 человек. Семь климатических активистов были признаны виновными и приговорены к 30–60 часам общественных работ за подстрекательство к мятежу (обвинение, которое никогда раньше не выдвигалось против климатических протестующих — прим. ред.) в связи с их постами в интернете, призывающими людей присоединиться к демонстрации.

В Швеции около 20 членов группы Återställ Våtmarker («Восстановление водно-болотных угодий»), требовавших остановить добычу торфа и восстановить болота страны, были осуждены за «диверсию» за блокировку автомагистралей в Стокгольме.

Во Франции в прошлом году группа Les Soulevements de la Terre («Восстание Земли») была принудительно закрыта властями после столкновений с полицией, а министр внутренних дел Жеральд Дарманен неоднократно называл их действия «экотерроризмом». Группа проводила акции прямого действия против проектов, приводящих к отчуждению природных территорий, в том числе при строительстве дорог и заводов.

В 2022 году несколько активистов Insulate Britain («Теплоизолируем Британию») провели Рождество в заключении за перекрытие дорог, срыв судебных разбирательств и за то, что они забрались на крышу самолета в попытке привлечь внимание к климатическому кризису. В самой Великобритании приняли закон о борьбе с протестами, который предоставляет полиции новые полномочия по предотвращению протестов, происходящих за пределами основных транспортных и энергосетей и нефте- и газопроводов, а также расширяет полномочия на задержание и обыск без ордера. Правозащитники из Amnesty UK выступили с резким осуждением этого закона, заявив, что полиция уже обладает достаточными полномочиями для безопасного управления протестами.

В апреле 2023 года британский суд приговорил к тюремному заключению двух активистов Just Stop Oil, которые в 2022-м заблокировали мост в восточном Лондоне. Трехлетний тюремный срок для Маркуса Декера и Моргана Троуленда считается самым длительным сроком, назначенным британским судьей за ненасильственный протест.

Акция Just Stop Oil над мостом королевы Елизаветы II. Фото: ESSEX POLICE/PA

«Активисты нарушают закон в интересах общества»

Amnesty International выступило с заявлением, в котором выразило беспокойство происходящим в Германии, призвало исключить криминализацию мирных протестов и не применять уголовные статьи к гражданским активистам. В организации отмечают: «Право на протест находится под все большей угрозой во всем мире. В Германии все больше ограничивается свобода собраний — посредством репрессивных законов, полицейского насилия и запретов на собрания». Организация запустила петицию, в которой подчеркивает: «Протест ведет к переменам, привлекает внимание к социальной несправедливости и мобилизует множество людей.

Некомфортный протест не может быть просто юридически ограничен, криминализирован или запрещен. Поэтому статья 129 Уголовного кодекса — уголовное обвинение в создании преступной организации — не должна использоваться против мирных политических протестов».

Однако в свежем июньском годовом отчете Федеральное ведомство по охране конституции Германии упомянуло радикальных климатических экоактивистов наряду с крайне правыми группировками и исламскими фундаменталистами, назвав их угрозой безопасности страны.

«Год назад мы обратились к мэрам крупных городов, чтобы они от своего имени говорили об изменении климата. У нас были встречи с семью мэрами разных городов и представителями партий, это важное достижение для нас, оно освещалось в медиа. Также для нас было важно, чтобы тема климатического кризиса не исчезла из общественного поля — сначала на фоне боевых действий в Украине, а теперь еще в Газе, инфляции и других тем. Но вы можете видеть, что достаточных действий в области борьбы с климатическим кризисом от правительства все еще нет, а европейские выборы показали, как много популизма и как популярны правые партии, — комментирует активист «Последнего поколения». — А обвинение в создании криминальной группы — это попытка сказать, что блокировка дорог даже с целью климатического протеста — это криминальное преступление. Но это очень дискуссионный вопрос. Может ли блокировка дорог рассматриваться как преступление, ведь у этого изначально совсем другие мотивы? Раньше суд зачастую был на стороне активистов, говоря, что все очень сильно зависит от обстоятельств».

Юрист Чарли Хольт из организации Global Climate Legal Defense («Глобальная юридическая защита климата») говорит: «Насколько мне известно, не предпринималось никаких систематических попыток отслеживать рост правовых угроз против защитников климата в Европе. Однако в отдельных странах цифры говорят сами за себя. Например, с 1930-х годов в Великобритании было немыслимо, чтобы мирных протестующих заключали в тюрьму за их активизм. Но после принятия Закона о полиции, преступлениях, вынесении приговоров и судах 2022 года и Закона о публичном порядке 2023 года более 120 климатических активистов были заключены в тюрьму. Аналогичные тенденции мы наблюдаем в применении архаичных уголовных законов по всей Европе к климатическому активизму. «Создание преступной организации» было использовано в Германии для открытия дел против широкого круга активистов, такие же законы недавно были применены испанской полицией против группы Futuro Vegetal. Мы наблюдаем рост применения законов о заговоре и подстрекательстве — последний был использован французским правительством как оправдание для запрета деятельности группы Soulevement de la Terre. Таким образом, несмотря на отсутствие данных о растущем давлении на защитников климата, мы можем выявить различными способами репрессивные тенденции, вызывающие глубокую озабоченность».

Но можно ли запугать тех, кто и так запуган климатическим кризисом?

«Для многих активистов, на которых возлагали большие денежные штрафы и оказывали давление, это было очень тяжело, часть людей покинуло движение, но продолжает активизм в защиту климата в других формах, возможно пытаясь найти более креативные формы, — рассказывает активист «Последнего поколения». — Но есть и новые участники».

«Когда мы говорим о давлении на экоактивистов, нужно понимать, о чем именно идет речь. Активисты и правда действуют решительнее и чаще нарушают общественный порядок, чтобы их услышали. Сейчас в обществе большая дискуссия о том, можно ли использовать против активистов законы, изначально придуманные против реальных преступников. Потому что если у преступления цель — это нажива или ущерб в корыстных целях, то у активистов цель — это привлечение внимания через гражданское неповиновение к климатической катастрофе, которую игнорирует правительство. То есть активисты нарушают закон в интересах общества. Преступники ли они после этого? — анализирует ситуацию Ахинар. — На самом деле климатического терроризма сейчас как такового нет, большинство акций глубоко ненасильственные, не наносят ущерба ни людям, ни  частной собственности. Но могу предположить, что мы еще увидим насильственный протест, например подрывы строящихся нефте- или газопроводов. Потому что климатический кризис усугубляется, наводнения и волны экстремальный жары, из-за которых гибнут люди в сердце Европы, происходят все чаще, а вариантов, чтобы активистов услышали, становится все меньше».

Подпишитесь, чтобы ничего не пропустить

Facebook и Instagram принадлежат компании Meta, признаной экстремистской в РФ

Пробочный эффект

Разбираем экологические последствия антиалкогольной кампании в СССР

«Легче его через психиатрию удавить»

Как против экоактивистов в России применяют судебную медицину

С нами или без нас

Как законы биологии определяют будущее человечества. Отрывок из книги «Естественная история будущего»

Затопит ли Петербург через 30 лет?

Разбираем план адаптации города к изменению климата

В Байкал смоет все

Минприроды хочет поднимать и опускать уровень озера на 1,4 метра. Почему это опасно и что делать