Поддержать
Сюжеты

«Если законопроект станет публичным, нас общественность порвет» Зачем Минприроды хочет вырезать земли из заповедников и нацпарков — подробности «секретного» совещания

31 января 2023Читайте нас в Telegram
Иллюстрация: Анна Иванцова / Кедр

29 января в facebook*-сообществе «Наше заповедное дело», которое ведет заслуженный эколог РФ Всеволод Степаницкий, появилось сообщение с заголовком «Тайное всегда становится явным». В нем говорилось о прошедшем в декабре 2022 года совещании с участием представителей Общественной палаты РФ, руководителей ряда особо охраняемых природных территорий, а также директора Департамента госполитики и регулирования в сфере развития ООПТ Минприроды Ирины Макановой.

Мероприятие позиционировалось как «круглый стол» под эгидой Общественной палаты РФ. Однако ни его анонса, ни новости о его проведении, ни трансляции на сайте Общественной палаты так и не появилось.

«Кедр.медиа» удалось узнать подробности этого совещания, которые объясняют, почему о нем решили не сообщать общественности.

Все для людей. Больших людей

Разговор де-факто был посвящен вопросу ослабления природоохранного законодательства. Но подводить к этому начали издалека — оттолкнувшись от благородных целей.

Сначала речь зашла о большом количестве обращений от граждан, которые проживают на особо охраняемых природных территориях и сталкиваются с трудностями в ведении хозяйства из-за охранного статуса земель. В качестве примера была приведена история семьи из Иркутской области, которая в 2011 году приобрела земельный участок в 10 километрах от Байкала и построила дом. К тому моменту границы Прибайкальского национального парка не стояли на государственном кадастровом учете, и проблем ни с продажей, ни с застройкой участка не возникло. Однако впоследствии к этой семье, по словам участников совещания, пришла прокуратура и потребовала изъятия земельного участка и демонтажа дома по той причине, что земля принадлежит Прибайкальскому нацпарку. На совещании подчеркивалось, что проблема носит системный характер: с ней сталкиваются жители многих регионов России.

Выступил и сам пострадавший иркутянин, представившийся Петром Кайчуком. Правда, говорил он в большей степени о том, что его лишают туристического бизнеса, а не дома.

Кайчук действительно человек непростой: на его турбазе «Хадарта», расположенной на побережье пролива Малое море Байкала, есть 11 летних домиков и 8 коттеджей, а также спортплощадка, кафе, причал и ряд других объектов. Как минимум до 2018 года на базе была даже вертолетная площадка, но есть ли она сейчас — неизвестно: суд обязал ее снести вместе с другими объектами. И если остальные строения на сайте турбазы все еще упоминаются, то вертолетная площадка — уже нет.

База отдыха «Хадарта». Фото из соцсетей

При этом туристический бизнес действительно наносит колоссальный ущерб экосистемам Байкала. «На Ольхоне — крупнейшем острове Байкала (его, к слову, омывает Малое море, на котором стоит турбаза «Хадарта»  — прим. ред.) — нет централизованной канализации. Многие турбазы на острове обходятся простой выгребной ямой, сточные воды из которой попадают в грунт, а оттуда фильтруются в Байкал. <…> Это наряду с другими факторами приводит к активному размножению в озере водоросли спирогиры, вытеснению эндемичных, то есть встречающихся только там, и важных для самоочищения озера донных организмов, распространению патогенных бактерий — возбудителей различных заболеваний», — сообщается на сайте российского Greenpeace.

Следом слово взял директор Сочинского нацпарка Андрей Бородин, который рассказал, что на вверенной ему территории тоже находится «много участков и объектов, на которые люди получили государственные акты». И предложил простое решение: отдать эти участки людям. По словам Бородина, сохранять населенные пункты в составе ООПТ не имеет смысла, потому что земли этих населенных пунктов все равно будут использоваться их жителями в хозяйстве.

«Давайте вырежем эти участки и забудем, что это было ООПТ», — сказал директор Сочинского нацпарка,

предложив, правда, продумать механизм компенсации земель, отторгнутых от особо охраняемых природных территорий. В конце заседания слово взяла директор Департамента государственной политики и регулирования в сфере развития особо охраняемых природных территорий Ирина Маканова. И ее выступление заставляет еще больше задуматься о том, в чьих интересах из ООПТ могут начать массово вырезать земельные участки.

«Стратегически важное сырье»

«Для нас безусловным приоритетом являются права граждан и жителей, проживающих в границах национальных парков и заповедников, — начала свое выступление Маканова. — Это — безусловный приоритет. Мы ради этого приоритета, вот, у меня сидят директора по левую руку, они не дадут соврать, мы ради этого приоритета, готовы даже идти, как бы на собственные допустимости и относительности. Я не говорю на нарушения законодательства, ну, потому что мы этого не делаем. Но на собственные относимости и допустительности. И это делает и Рустам Рашидович в «Лосином острове» вместе со мной, и Михаил Юрьевич в «Плещеевом озере», и Андрей Васильевич в Сочинском национальном парке, это — действительно так».

Фото: Совет федерации Федерального собрания РФ

Чиновница отметила, что она хочет попросить поддержки у Общественной палаты в продвижении поручений высших должностных лиц страны:

«У нас есть поручение президента, есть поручение совета безопасности. Я их не буду озвучивать, потому что они под грифом, но, как бы об их наличии, я вам говорю. И, соответственно в рамках этих поручений нами была проведена достаточно большая работа по подготовке законопроекта, который бы смог урегулировать вопросы, в том числе, как бы с запросами граждан в отношении ООПТ, границ ООПТ, земельных участков и так далее. Ну, наверное, вот в этой части нам нужна будет ваша помощь и поддержка, потому что на самом деле дальнейшая судьба этого законопроекта, она сразу как бы с вопросом. Если вдруг он станет сейчас публичным, нас общественность порвет.

Ну, правда. Поэтому, мне кажется, вот в этой части, надо очень правильно и грамотно общественность готовить к тем как бы вопросам, которые… в ближайшее время они все равно будут на повестке. Мы не уйдем с вами от этого.

<…>

В свое время, в начале 2000-х годов, была некая разнарядка, сколько процентов особо охраняемых природных территорий должно быть в границах субъектов.

И эту разнарядку нужно было выполнить. И субъекты ее выполняли. И выполнял ее в том числе такой субъект, как Республика Саха. На территории которой практически 40% оказалось накрыто особо охраняемыми природными территориями. Федеральными, региональными, местными. А теперь возвращаемся как бы к матчасти. Что такое Республика Саха? Это 90% запасов определенного, стратегически важного сырья для Российской Федерации — для экономики Российской Федерации. И что делать? И что в этой ситуации делать? И у кого должен быть приоритет? И, на самом деле, перед нами поставлена соответствующая задача. Найти этот необходимый, этот важный баланс интересов. Его каким-то образом выстроить.

И определить те критерии, в которых приоритет будет в одном случае для особо охраняемых природных территорий, а в другом случае — для социально экономического развития страны.

И я вам хочу сказать, что несмотря на то, что я возглавляю природоохранный блок в Минприроде, я не всегда в данном случае готова стать на позицию именно интересов особо охраняемых природных территорий. Когда я вижу, что история, вот, с социально-экономическим развитием, она имеет совершенно другие предпосылки».

Если речь идет о стратегически важном для страны сырье (а уже не просто о правах граждан на жилье или даже туристическом бизнесе), то проблема начинает играть совершенно новыми красками. За планируемыми изменениями стоят крупные промышленники?

Сама Ирина Маканова в комментарии «Кедр.медиа», впрочем, заявила, что никакого закрытого заседания не было и возможное ослабление природоохранного законодательства не обсуждается. «В декабре прошло открытое совещание с участием Минприроды России, Общественной палаты России, администрации города Сочи, федеральных государственных бюджетных учреждений, управляющих ООПТ, граждан Российской Федерации, — сообщила она. — На совещании обсуждались вопросы применения федерального закона № 505-ФЗ («О внесении изменений в Федеральный закон «Об особо охраняемых природных территориях») в части, в том числе, соблюдения прав граждан, проживающих в населенных пунктах, расположенных в границах ООПТ, были рассмотрены обращения граждан, поступившие в Общественную палату, даны разъяснения по принятым нормативно-правовым актам в развитие 505-ФЗ. Никаких тем по ослаблению природоохранного законодательства не рассматривалось».

Комментарий эксперта
Всеволод Степаницкий, заслуженный эколог РФ:
Всеволод Степаницкий. Фото из соцсетей

— Конечно, проблема населенных пунктов на ООПТ (в первую очередь — федеральных) действительно существует. Такие пункты имеются на территориях 53 национальных парков, заповедников и федеральных заказников, все они в разные годы были включены в их границы. И, конечно, непродуманные законодательные барьеры и ограничения способствовали социальным конфликтам. И, одновременно, на протяжении ряда лет эта тема активно раздувалась авторитетными лицами, заинтересованными в узаконивании процедуры отчуждения земель и «обрезания границ» федеральных ООПТ.

А в 2019 году тему поднял сам Совет федерации — и вопрос встал ребром: «Резать к чертовой матери»! Тут же был подготовлен и соответствующий законопроект. И этот законопроект обсуждался на самых серьезных площадках: в Общественной палате, в Совете по развитию гражданского общества при президенте, в Минприроды, в Государственной думе и, конечно, в самом Совете федерации. Но — все эти обсуждения происходили с привлечением профессионального экспертного сообщества. И результат был: удалось переломить ситуацию, аргументированно убедить законодателей в необходимости альтернативных решений: 

  • не  влекущих за собой фрагментации территорий нацпарков и других ООПТ, изменения их площади и конфигурации (кстати, важно понимать, что границы населенных пунктов идут отнюдь не по границе их застройки и не случайно, к примеру, в состав национального парка «Земля леопарда» входит участок Фрунзенского района г. Владивостока);
  • не допускающих вывода из юрисдикции нацпарков объектов историко-культурного наследия и культурных ландшафтов, в первую очередь ради сохранения которых и создавались, к примеру, такие национальные парки, как «Кенозерский» и «Русский Север»;
  • сохраняющих возможность осуществления общего экологического контроля на территории населенных пунктов силами  госинспекторов по охране окружающей среды ООПТ (не стоит забывать, что экологические правила и нормы общего характера действуют во всех населенных пунктах страны);
  • но при этом — изменяющих правовые нормы, которые дают повод для социальных конфликтов и связаны с действительно дискриминационным положением граждан, проживающих на ООПТ. 

И результатом этого системного обсуждения стал федеральный закон № 505-ФЗ от 30.12.2020, внесший принципиальные изменения в законодательство об особо охраняемых природных территориях (в части регулирования земельных и градостроительных отношений в составе ООПТ). Я отношу принятие этого закона к числу ключевых побед экспертного сообщества в сфере заповедного дела за последние годы. 

И если после вступления в силу этого закона остались еще неурегулированные проблемы, отравляющие жизнь людям, проживающим на ООПТ (а таковые имеют место, в том числе будучи инспирированными сомнительной позицией Минприроды России, — взять те же вопросы согласования социально-экономической деятельности в границах нацпарков и их охранных зон), то нужно решать эти проблемы в том же векторе: вносить изменения в законы и подзаконные акты, устраняя административные барьеры (как правило, надуманные либо экологически малозначимые), а не резать границы национальных парков, заповедников и заказников.

Я последние 32 года профессионально занимаюсь проблематикой ООПТ и достаточно погружен в обсуждаемый вопрос, знаю его историю и представляю его конъюнктуру. И весь мой опыт не дает мне возможности даже усомниться в том, что за всеми этими разговорами [на «закрытых» заседаниях] стоят серьезные интересанты, почувствовавшие перспективы заманчивого земельного передела.

Михаил Крейндлин, руководитель программы по особо охраняемым территориям российского Greenpeace:
Михаил Крейндлин. Фото: Александр Сакалов / ТВ2

— Проблема проживания людей на особо охраняемых природных территориях в значительной степени решена федеральным законом № 505-ФЗ.

Какие у людей, живущих в ООПТ, были основные претензии? Во-первых, они не могли приватизировать землю. Но сегодня они могут это делать при условии, что земли их населенного пункта поставлены на кадастровый учет. Кроме того, претензии были связаны с жесткими ограничениями — запретом предоставления земель под индивидуальное жилищное строительство, под гаражи, дачи. Но сегодня и эта проблема тем же самым 505-ФЗ решена.

Более того, природоохранное сообщество само добивалось смягчения законодательных норм, чтобы в таких населенных пунктах стало возможным строить социальные объекты: те же больницы.

То есть сейчас на законодательном уровне эти проблемы решены. Другое дело, что есть правоприменительная практика, и на уровне некоторых регионов есть проблемы — особенно там, где земли населенных пунктов, находящихся на особо охраняемых территориях, не внесены в Единый государственный реестр недвижимости. Но в этом виноваты сами региональные власти — почему они не могут этого сделать?

Интересантов на земли ООПТ множество. Они связаны и со сферой туризма, и с промышленностью. И совещание, прошедшее в декабре, я уверен, было связано именно с интересами бизнеса. Наконец-то Минприроды честно призналось, что они хоть и отвечают за ООПТ, но в первую очередь для них важно, чтобы особо охраняемые природные территории не мешали развитию бизнеса. Это сейчас — одна из главных проблем для уникальной заповедной системы России.

*Facebook является продуктом компании Meta, признанной экстремистской организацией в РФ

Подпишитесь на социальные сети

Facebook и Instagram принадлежат компании Meta, признаной экстремистской в РФ

Океан скроет все: нефть, трупы, оружие

Отрывок из книги «Океан вне закона» — о неприглядной стороне любимых миллионами морских круизов

Лососю в реки вход заказан

Рыбный сезон-2024: как планы чиновников угрожают горбуше Сахалина

«Вонь не передать какая»

Как жители Гатчины борются за чистый воздух с петербургским миллиардером

Внутри потопа

Репортаж из уходящего под воду Орска, где люди знают, какие «грызуны» уничтожили дамбу

«Извините, для вас больше нет мира. Мы его израсходовали»

Разбираем экоклиматический контекст «Дюны» Фрэнка Герберта