Поддержать
Объясняем

«Извините, для вас больше нет мира. Мы его израсходовали» Разбираем экоклиматический контекст «Дюны» Фрэнка Герберта

10 апреля 2024Читайте нас в Telegram
Кадр из фильма «Дюна. Часть вторая»

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ «КЕДР.МЕДИА», ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА «КЕДР.МЕДИА». 18+

«Дюна: часть вторая» Дени Вильнева наверняка войдет не только в рейтинги лучших фильмов 2024 года, но и займет почетное место в истории научно-фантастического кино. Пока люди по всему миру говорят о тайнах дома Атрейдесов и проводят политические параллели с нашим миром, «Кедр» решил разобраться в экологических смыслах, которые закладывал писатель Фрэнк Герберт в цикл своих романов «Хроники Дюны», экранизация которых уже собрала в мировом прокате более $633 млн. Американский писатель начал продвигать «зеленую» повестку еще до того, как это стало мейнстримом, был деятельным экоактивистом и предсказал в своем творчестве климатический кризис, который мы наблюдаем сегодня.

Путь к Дюне: опыт коренных народов и влияние экологов

Фрэнк Герберт с юности мечтал стать писателем — долгое время он совмещал работу журналистом в американских газетах и «факультативные» художественные публикации в литературных журналах. Его первое произведение в жанре научной фантастики было опубликовано в 1952 году, однако широкая известность пришла к Герберту лишь в 1963-м, после выхода романа «Мир Дюны» в журнале «Analog». Позже в этом журнале напечатали продолжение под названием «Пророк Дюны» — обе части были объединены в полноценный роман «Дюна», который вышел в свет отдельным изданием в 1965 году. После первой книги Герберт напишет еще пять — цикл получит мировое признание, а критики станут считать его классикой научной фантастики.

Фрэнк Герберт. Фото из соцсетей

В 50-х годах прошлого века зеленая повестка не освещалась широко даже на Западе. Первый учебник по экологии для университетов был написан только в 1953 году — тогда лишь небольшая часть общества слышала об этой развивающейся науке. Фрэнк Герберт не изучал экологию ни в студенчестве, ни во времена своей журналистской работы — к этой теме его подтолкнули двое друзей: Уилбур Терник и Говард Хансен. Уилбур — потомок одного из вождей племени коренных американцев Клатсоп на тихоокеанском северо-западе США, Говард — историк племени квилетов, что живут в одной из крупнейших индейских резерваций Ла-Пуш в штате Вашингтон.

Терник — опытный полевой эколог, международный эксперт по песчаным дюнам. В 1958 году он взял Герберта на экскурсию по прибрежным барханам Орегона — именно в этот момент Фрэнк начал путь к созданию своего великого произведения. В те годы Терник вместе с минсельхозом США пытался остановить расползающиеся пески с помощью высадки злаковых растений с глубокими корнями: по замыслу экологов, растения должны были стабилизировать границы дюн. Уилбур не стеснялся своего индейского происхождения, а потому в борьбе с дюнами видел дополнительный смысл: восстановить ландшафты, пострадавшие от европейской колонизации.

Первые поселенцы строили в этих местах большие причалы, нарушая течения в реках у тихоокеанского побережья, из-за чего возникли обширные песчаные пространства.

Орегонские дюны. Фото: mary_spiri / Livejournal

Этот сюжет повторится в гербертовском романе, где действие происходит на планете Арракис (она же Дюна) — в состояние экстремально засушливой пустыни ее привели первые колонизаторы. «История интересна тем, что в ней соприкасаются забота о сохранении природы и судьбы людей, выигравших битву с дюнами», — пишет Фрэнк Герберт в статье «Они остановили движение песков», опубликованной в книге «Путь к Дюне». Герберта захватила история о наступлении дюн на города — в своем материале он делает акцент именно на этом, а не на победе людей над песками. Редактор отправляет текст на переделку — это фрустрирует писателя, он так и не вносит правки в статью и живет с идеей еще несколько лет, исследуя пустыни и экологию в целом.

Говард Хансен изучал влияние лесозаготовок на родовые земли квилетов в Вашингтоне и подарил Герберту книгу ученого Пола Сирса «Там, где есть жизнь» — впоследствии писатель признается, что именно она подтолкнула его к глубокому изучению экологических вопросов. В 1962 году в свет выходит труд «Социология природы» американского ученого Лесли Рида. В ней для широкой аудитории рассказывается об устройстве экосистем и взаимосвязи всех существ на планете. В этой книге Герберт находит реальную модель для будущего Арракиса — Гуановые острова.

Эти кусочки суши расположены в Тихом океане, их основная особенность — залежи помета (гуано) морских птиц и летучих мышей. В гуано содержится много азота и фосфора — это лучшее органическое удобрение, созданное не химическими заводами, а самой природой. По приблизительным оценкам историков, залежи полезного ископаемого на островах исчислялись сотнями миллионов тонн. Ценности веществу добавляла его чистота — вольные птицы тысячелетиями слой за слоем «производили» его на скалистых берегах островов.

Гуано даже называли «белым золотом», а в конце XIX века острова стали эпицентром войн за ресурсы между Чили (при поддержке Великобритании) и Боливией с Перу, закончившись поражением последних.

Этот сюжет Герберт впоследствии переосмыслит — в Дюне появится загадочная специя, за которую будет бороться вся галактическая империя.

Кадр из фильма «Дюна. Часть первая»

Беспощадный зной, гигантские черви и драгоценная специя

Экосистема Арракиса — краеугольный камень, вокруг которого разворачиваются практически все сюжетные линии фильмов и книг. Дюна во вселенной Герберта, как и Земля, считается третьей планетой в системе звезды Канопус — аналог нашего Солнца, только намного ярче. Большую часть Арракиса занимает пустыня — лишь в северном полушарии ее разбавляет гигантская горная цепь, защищающая людей от мощных песчаных бурь. Горы называют «Барьерной стеной» — вокруг них расположены основные поселения планеты: аборигенов и «пришельцев»-колонистов. Первые — жители городов и фримены. Фримены живут в пещерах и добывают специю, власть над которой хочет захватить элита галактической империи.

Специя, спайс, пряность или меланж — главный природный ресурс во вселенной Герберта. Его можно добывать только на Дюне и нельзя синтезировать в искусственных условиях. Люди используют специю для быстрых межзвездных перелетов, продления жизни и стимуляции предсказательных способностей.

Пряность в мире Дюны все равно что нефть — доступ к этому сокровищу позволяет влиять на экономические и политические процессы всей галактической империи. Однако для фрименов специя — такая же обычная вещь, как янтарь для жителей Калининградской области. Они регулярно добавляют ее в пищу и напитки, от чего белки их глаз приобретают синий оттенок. Пряность пахнет корицей, но ее вкусовые оттенки меняются при каждом употреблении, всегда оставаясь приятными. Фримены также используют специю для изготовления пластмасс, бумаги, тканей и топлива. При этом наивысшей ценностью они считают воду.

Чтобы выживать в экстремально засушливых условиях, фримены носят специальные костюмы — дистиляционные комбинезоны (дистикомбы). Они позволяют удерживать и перерабатывать влагу — ткань плотно прилегает ко всем частям тела от шеи до пяток, помогает рассеивать тепло и охлаждать тело. Во второй «Дюне» Дени Вильнев делает отдельный акцент на святости воды для фрименов — они стараются не плакать, сдерживают рвотные позывы, чтобы не терять ни капли ценной влаги, а перед погребением умерших товарищей экстрагируют жидкость из их тел.

Кадр из фильма «Дюна. Часть первая»

Дюны Арракиса наполнены барабанными песками — даже легкое соприкосновение с их поверхностью отзывается звуком на многие километры. «Говорящие» пески не выдумка Фрэнка Герберта — этот феномен существует и в реальных пустынях. Вот только во вселенной писателя «поющие» пески не сулят ничего хорошего — на их звук мчатся гигантские черви, обитающие во всех уголках планеты и пожирающие все на своем пути. Однако без этих чудовищ не существовало бы специи, как и самого Арракиса. 

Жизненный цикл червя по Герберту делится на несколько стадий. На первой, личиночной, червей называют песчаной форелью — это бесформенные многоклеточные существа. Вырабатывают специю именно они: ползая в толще песков и питаясь другими микроорганизмами, личинки производят экскременты — так называемую предспайсовую массу. Глубоко под барханами спрятаны закрытые «карманы» с водой — они остались со времен, когда Арракис был зеленой планетой сродни нашей Земле. В отличие от взрослых особей, форель обожает воду и стремится ее «выпить». Но при соединении влаги с экскрементами происходит мощная химическая реакция с выделением углекислого газа, ведущая к взрыву. От него погибает большое поголовье форели, а предспайсовая масса выходит на поверхность песков. Высыхая и преображаясь под действием ультрафиолета и атмосферных газов, бывшие экскременты становятся тем самым драгоценным ресурсом для мира людей.

Выжившая форель формирует цисту и впадает в спячку на шесть лет. Все это время она крепнет, растет и просыпается уже в форме небольших песчаных червей размерами несколько метров в длину. Большая их часть становится жертвами крупных особей, поэтому лишь единицы дорастают до гигантских размеров.

Но те, кому удается выжить, формируют облик планеты. Продукты жизнедеятельности взрослого червя — песок и кислород, создающий атмосферу Арракиса.

Некогда Дюна была зеленым миром, наполненным водой, но первые колонизаторы планеты завезли сюда песчаную форель. Постепенно личинки «выпили» всю видимую воду Арракиса, превратив его в пустыню и создав благоприятные условия для появления гигантских червей,

которых фримены называют Шаи-Хулуд — то есть создатель, прадед пустыни, или отец вечности.

Влажный климат смертелен для подростков и взрослых особей. Парадокс — ведь фримены, так умело пользующиеся дарами песчаной форели и Шаи-Хулуда, поколениями живут мечтой о преображении планеты из губительной пустыни в прежний зеленый сад. В книгах Герберта аборигенам все же удается успешно терраформировать Дюну — на планете вновь появляются реки и леса (на какое-то время). Постепенно черви с их пустынями исчезают, забирая с собой и драгоценную специю, на которой держится не только быстрый товарообмен и путешествия между планетами, но и жизнь многих людей. Пряность коварна — человек, долго не употреблявший, становится немощным и быстро умирает.

Жизнь и смерть на Арракисе Герберта всегда дополняют друг друга — как, впрочем, и на Земле. Жизнь одних находится рядом со смертью других, а смерть всегда дает начало новой жизни. Погибающая форель производит животворящую специю, которая не только позволяет людям вести свои дела в космических масштабах, но и физически продлевает их существование. Однако жизнь на самом Арракисе — вещь хрупкая, требующая адаптации к жестким условиям пустыни и соблюдения правил местной природы. Человек здесь давно не венец творения — он вынужден вступать в неравный союз с экосистемой планеты. Его жизнь может оборваться при встрече с крупными червями, песчаными бурями или после «отмены» пряности в рационе — и это не считая постоянных военных конфликтов, которыми охвачена планета не одно столетие. Вода — источник жизни для людей и главная мечта всех фрименов — оказывается ядом для взрослого червя, но силой для его зародышевой формы.

Появление гигантских червей. Кадр из фильма «Дюна. Часть вторая»

Изучая труды американского эколога Пола Сирса, Фрэнк Герберт наткнулся на мысль, которую впоследствии будет часто цитировать во многих своих интервью: «Высшая функция науки — дать нам понимание последствий». В вымышленной вселенной Герберта каждый человек знает, чем опасно нарушение баланса: действие книг и фильмов разворачивается во времена, когда в галактике уже запрещено применение атомного оружия против людей и производство мыслящих машин. Однако это знание не уберегает героев книги от проверки природой.

За зеленое будущее

«Хроники Дюны» оказали большое влияние на зарождающееся и набирающее обороты экологическое движение в США, которое Герберт старался всячески поддерживать. «Я отказываюсь говорить своим внукам: “Извините, для вас больше нет мира. Мы его израсходовали”», — сказал писатель на первом Дне Земли в Филадельфии в 1970 году. А в 1968-м он участвовал в создании первого выпуска  Whole Earth Catalog — журнала-бюллетеня для экологических активистов, ученых-экологов и всех неравнодушных к проблемам окружающей среды.

Герберт также был одним из первых сторонников возобновляемых источников энергии — он установил солнечные панели и ветряную мельницу, выращивал с их помощью овощи и питал электричеством дом, а в интервью часто высказывался против двигателей внутреннего сгорания.

В момент публикации первой «Дюны» общество уже было готово говорить о назревших экологических проблемах. В 1962-м вышла знаменитая книга американского биолога Рэйчел Карсон «Безмолвная весна». В ней исследовательница подробно рассказывает о том, как загрязнение окружающей среды угрожает здоровью человека.

«Дюна» стала экологической притчей о дефиците ресурсов и отношениях человека с окружающей средой. Арракис — поле битвы за ограниченные ресурсы. Как и Земля, где уже сегодня нередки столкновения из-за воды, пищи и энергии — и количество конфликтов будет лишь увеличиваться по мере проявления и нарастания климатических изменений. С другой стороны, вымышленная планета песков напоминает о том, как важно вовремя адаптироваться к меняющимся условиям окружающей среды и сохранить глобальную устойчивость. Также история Герберта служит предупреждением: если жажда власти, жадность и недальновидность возьмут верх в человеческих отношениях с природой, это может привести к разрушительным последствиям.

Подпишитесь, чтобы ничего не пропустить

Facebook и Instagram принадлежат компании Meta, признаной экстремистской в РФ

От Великой стены до городов-губок

Как страны адаптируются к наводнениям. Обзор лучших практик

«Конференций не проводилось — вместо этого покупались наручники, еда и палатки»

История «Хранителей радуги» — одного из самых ярких и радикальных экодвижений 90-х

Как болезни животных переходят к людям

Грипп, ВИЧ и другие инфекции изначально не были человеческими. Отрывок из книги «Межвидовой барьер»

Плутоний в волосах

Как живут в селах, которые накрыло радиационным загрязнением от аварии в Северске 31 год назад. Репортаж

«Экологическая повестка теперь опирается на мифы»

Эксперты — об экологических итогах 24 лет правления Владимира Путина